Хроники Заводной Птицы

Когда Корица и Мускатный Орех собрались уезжать, дождь, который шел с самого утра, совсем перестал. Сгрудившиеся на парковке в стайку пять воробьев чистили в лужах перышки. «Мерседес» Корицы уехал, автоматические ворота медленно затворились, а я остался сидеть у окна, глядя поверх ветвей на затянутое облаками зимнее небо. Вспомнились слова Мускатного Ореха о длинной руке, которая тянется из неведомой дали. Я представил руку, высунувшуюся из низко висевших над землей темных туч. Ничего себе картинка… Настоящая книжная иллюстрация – в самый раз для какой-нибудь зловещей истории.

26. Вредоносная личность

Созревший плод

Вечером, без десяти десять, я сидел за компьютером Корицы. Включил его, ввел пароли, по порядку обойдя установленные блокировки, получил доступ к удаленной связи. Подождав десять минут, набрал номер и послал запрос на «оплаченный вызов». Через несколько минут на экране загорелось уведомление, что на том конце согласны оплатить связь. Теперь мы – Нобору Ватая и я – сидели у мониторов как бы друг против друга. Последний раз я говорил с ним в прошлом году, летом, когда мы вместе с Мальтой Кано встречались в отеле на Синагаве.

Разговор тогда шел о Кумико, и мы расстались, пылая взаимной ненавистью. С тех пор не обменялись ни единым словом. В то время он еще не был политиком, а у меня еще не появилась на щеке отметина. Все это, казалось, происходило так давно, словно в прошлой жизни.

Я вошел в режим «Отправка сообщений» и, выровняв дыхание, как теннисист перед подачей, положил пальцы на клавиатуру."

"> До меня дошли разговоры, что ты хочешь, чтобы я убрался из „резиденции“. Что ты купил бы участок и дом и при этом условии можно было бы поговорить о том, чтобы Кумико вернулась ко мне.

Это так?

Я нажал «Ввод», чтобы отправить написанное.

Через некоторое время по экрану быстро побежали строчки – это был ответ.

> Сразу хочу сказать, чтобы не было недоразумений: вернется к тебе Кумико или нет – не мне решать. Она как-нибудь сама разберется. Поговорив с ней на днях, ты сам должен был в этом убедиться. Я ее в тюрьме не держу. Просто по-родственному предоставил ей место, чтобы она могла успокоиться, временное убежище. Единственное, что в моих силах, – уговорить Кумико и дать шанс вам побеседовать.

Это я организовал ваш разговор через компьютер. Это я могу.

Я переключился на «Отправку»:

> У меня совершенно однозначное условие. Если Кумико вернется, я согласен: больше в „резиденции“ ничего не будет. Но если нет, тогда все останется как есть, надолго. Вот мое условие – одно-единственное.

Нобору Ватая отвечал коротко и ясно:

> По-моему, я уже сказал: мы не торгуемся. Не тебе в твоем положении ставить мне условия. Мы обсуждаем возможность, только и всего.