Хроники Заводной Птицы

Дальше вы должны действовать по обстоятельствам.

Больше не распространяясь на эту тему, лейтенант и солдаты забрали мула и тележку. Когда они ушли, ветврач и директор посмотрели друг на друга. Директор отхлебнул чаю, покачал головой и ничего не сказал.

Часа через четыре солдаты вернулись, ведя запряженного в тележку мула. На тележке был какой-то груз, затянутый испачканным армейским брезентом. От жары и тяжелой поклажи мул дышал как загнанный, его шкура блестела от пота. Восемь солдат со штыками наголо вели четырех китайцев – молодых, лет по двадцать, одетых в бейсбольную форму.

Руки у них были связаны за спиной. Судя по иссиня-черным кровоподтекам на лицах, их жестоко били. У одного правый глаз так заплыл, что его почти не было видно, у другого сочившаяся из разбитых губ кровь бурыми пятнами засохла на груди. Никаких надписей спереди на форме не было, остались только следы от оторванных лоскутков с именами. У каждого из четверки на спине нашит номер: один, четыре, семь и девять. Ветеринар представить не мог, как китайцы в такой критический момент оказались в бейсбольной форме и почему солдаты их так избили и привели в зоопарк. Картина словно из другого мира – плод творчества душевнобольного художника."

"Лейтенант попросил у директора зоопарка одолжить на время кирки и лопаты. Офицер казался еще более бледным и измученным, чем в прошлый раз. Ветеринар отвел маленький отряд в сарай за конторой, где хранились инструменты. Лейтенант выбрал две лопаты и две кирки и вручил их солдатам. Потом сказал, чтобы доктор следовал за ним и, оставив своих людей, направился к зарослям кустарника в стороне от дороги.

Ветеринар двинулся следом. Из-под ног лейтенанта со стрекотом выпрыгивали большущие кузнечики. Воздух был напитан ароматами летних трав. Время от времени к оглушающему пиликанью цикад издалека присоединяли свой трубный рев слоны, будто желая предупредить кого-то.

Не говоря ни слова, лейтенант шагал меж деревьев, пока не вышел на открытое место. В свое время здесь собирались построить площадку молодняка, где дети могли бы играть со зверушками. Однако положение на фронтах ухудшалось, начались перебои со стройматериалами, и этот план отложили на неопределенный срок.

Лейтенант и ветеринар стояли на очищенной от деревьев круглой площадке, на голой, вытоптанной земле, и солнце, словно выбрав в лесу именно этот участок, высвечивало только его, как направленный на сцену прожектор. Остановившись в самом центре круга, лейтенант огляделся по сторонам и ковырнул землю каблуком армейского ботинка.

– Мы побудем у вас в зоопарке какое-то время, – проговорил он, наклонившись и захватив пригоршню земли.

Ветеринар молча кивнул в ответ.