Мне все равно

Я сначала боюсь его заразить, но Тор так на меня смотрит.

Пневмонию, кстати, не подтвердили. Да и вирус уже почти не беспокоит. Доктор сказала, что всё благодаря стрессу. Организм мой мобилизовал все свои силы. Бывает. Но все-таки надо еще чуть-чуть понаблюдать.

Адреналин вещь коварная. Благодаря ему всё может стать лучше на время, а потом…

Но я верю, что все будет хорошо.

- Лер, если твои сейчас не вернутся, думаю, ты должна пожить у нас. Родители только «за».

- Они же у тебя хотели уехать куда-то?

- Ну… они могут уехать на Новый год. На пару дней. Анфиса будет заглядывать.

- И ночью?

- А чем отличается день от ночи? Лер, все всё понимают. Если нам с тобой было бы нужно, мы бы всё сделали у всех на виду средь бела дня.

- Я не готова у всех на виду…

- Я не то имел… ну… ты поняла. Это всё… просто название. День. Ночь. Можно и днем. Если нужно.

- А тебе нужно? – спрашиваю, а саму трясёт. Не знаю, что он ответит и как к этому отнестись.

- Мне нужно. Ты сама знаешь как и когда мне нужно.

Опускаю глаза. Бледнею. Мне и стыдно, и приятно. Переплетаем пальцы.

Он такой… такой настоящий, что мне даже больно…

- Ну, к тебе, так к тебе, только…

- Что?

- Ром, можешь пообещать?

- Пообещать? Конечно могу, - он ухмыляется, а мне не до смеха.

- Пообещать и выполнить.

- Ну… с этим проблемы, мышка. – смеется, чуть толкая меня плечом, потом обнимая… - поцеловать тебя хочу, и страшно.

- Почему?

- Вдруг тебе нельзя, ты болеешь…

- Это скорее тебе нельзя.

- Но очень хочется.

- Ром! Серьёзно!

- Лер! Я тоже!

Сама его целую. Нежно. Мягко.

Почему-то так больно от этого поцелуя! Представляю, что он может быть последним. И… рвет всё в груди.

Нет! Не хочу! Не могу… впиваюсь в него, вцепляюсь, всхлипываю. Разряды тока, разрывы пространства. Сознание в клочья…

Я же могу только с ним! Я же не смогу без него! Пожалуйста, Господи, пожалуйста, не надо! Разреши нам счастье! Помоги…

- Лерка… родная моя… любимая.

- Ром пообещай, что ты не будешь мстить! Пообещай, что ничего не сделаешь. Пообещай! Пообещай! Мне так страшно… пообещай…

Молчит. Отрывается. Дышит зло.

- Я хочу чтобы им было плохо, Лер. Очень плохо. И больно. И страшно. Чтобы… чтобы под себя от страха… с-суки…

- Рома! Нет! Пожалуйста! Ты… тебя посадят. Ты знаешь кто родители Мироновой, и Разума тоже…

- Мой отец тоже кое-кто. И кое-кого знает. И отец Стаса, да и Да Винчи. Думаешь, мы так просто позволим нам навредить?

- Ром, я не думаю. Мне просто страшно. Я боюсь.

- Чего ты боишься?

- Боюсь тебя потерять.

- Ты не потеряешь, малышка, не потеряешь… Я же твой весь, понимаешь? Весь твой. Давно. Я… тогда еще, в коридоре, помнишь? Увидел, как ты идешь, вся такая серьезная, в телефон уткнулась. Красивая, умная девочка. И знаешь, словно молот Тора в грудь с размаху. Бум! Всё… и я твой. Навсегда.