Классная дама (СИ)

— Вы просили меня сообщать вам… как оказалось, вы сами не знаете что, вы до сих пор не пустили слух об аресте двух заговорщиц — и я недоумеваю, зачем я вам. Ваша агент одна не справляется? Вы ее перепроверяете? Вам от меня было нужно что-то кроме контакта с неизвестными покусителями?..

Я излагала Ветлицкому вещи, о которых выпускница Академии благородных девиц знать не могла. Я была уверена, что и в детективах подобное не писали. Будь Ветлицкий чуть прозорливее, сообразил бы, что мне надо повысить жалование, определить в квартиру не хуже этой и являться каждый вечер мне на доклад, но ему оставалось сидеть и превозмогать головную боль. Будь чуть прозорливее я, я сама догадалась бы, кой черт я ему в этих стенах.

Или, что тоже возможно, в какой-то момент все вышло из-под контроля, и Ветлицкий при всем желании не может связать концы. А я смогу?.. Я поставила локти на стол — Софья оставила это без комментариев.

— Ее сиятельство сегодня вызвала меня к себе в кабинет, оскорбляла, провоцировала на срыв, обвиняла, что я лезу в ее дела и вмешиваюсь в процесс обучения и воспитания, но, поняв, что все бесполезно, велела заняться приемом одеял и инструкциями министерства.

Ходики грохотали ужасно. Мне это мерное, оглушительное тиканье действовало на нервы, и я против воли говорила все громче и громче, стараясь перекричать. Возможно, зря, возможно, не просто так эти часы из ада здесь висели. Ветлицкий довольно звучно положил обе ладони на стол, так, что посуда подпрыгнула. Это был не удар, выражение лица у него оставалось безмятежным — сиди мы в жандармерии, и он бы уже заорал.

— Софья Ильинична, вы хотите, чтобы я повлиял на княгиню Мориц? — изумился он абсолютно неподдельно. — Таким образом выдав свою с вами связь? Я…"

"— Вы уже повлияли, пусть опосредованно, — перебила я и оценивающе посмотрела на ромовую бабу. Аппетитная, но подождет. — И сложно не распознать — княгиня давила не на меня, а на вас, словно зная, что весь разговор я перескажу вам тотчас, без купюр. Что я и сделала.

— Княгиня будет упираться, пока не отправится на тот свет, — невпопад согласился Ветлицкий, прервав мое велеречие. — Хотите вина?

Э, брат, тебе хватит. Но что-то пошло явно не так, и я не понимала что, не понимала Софья, а самое странное — что и Ветлицкий не понимал. Он поднялся, ждал, что я решу насчет его предложения.

— Нет, благодарю. Госпожа Миловидова, учительница танцев, чрезмерно злоупотребляет вином — вы прочитали? Жаль, что ее порок не приводит нас к заговорщикам… а вот ее сиятельство — вероятно. Георгий Станиславович, по моему глубокому убеждению, сегодня произошел тот самый контакт, который мы с вами так долго ждали.

Ветлицкий сел. Я поправила волосы и снова вспомнила, в каком я виде.