Княжий венец

Подрагивающие от нетерпения пальцы, проскальзывают туда, где все уже мокро и изнывает от нетерпения. Прикусывая губы, она стонет, требуя еще и еще. Кажется его девочка тоже по нему соскучилась! Она подается ему навстречу, раскрывая бедра. Князь быстрыми движениями растирает обильную влагу, умело поигрывая, распаляя. Тами сама впивается в его губы в жарком поцелуе, силясь сдержать крик удовольствия. Жаркое желание бежит по венам опасным, пьянящим огнем. И не нужны долгие ласки, когда оба изнывают от жажды, которую могут утолить лишь друг в друге. Его пальцы ласкают, распаляя все больше, а губы шепчут срывающимся голосом:

- Не могу терпеть, сладкая... Позволишь?

- Ждать устала, а ты все медлишь, - улыбается она зацелованными губами.

- Ах, негодница! – мягко рычит князь и переворачивается на спину, так что Тами неожиданно оказывается сверху, - вот сама сейчас и решишь - медленно тебе хочется или нет.

Он тянет задранную до пояса ночную рубашку вверх, скидывая последний оплот одежды.

- Это как?

Вместо ответа мужские руки приподнимают ненаглядную за талию и медленно опускают на вздыбленный член. Глаза Тами становятся круглыми, как блюдца, когда их тела соединяются. Хочется укрыться от обжигающего взгляда, который блуждает по ее телу. Он откровенно наслаждается тем, что видит. Не верится, что такая краса взаправду может быть, не греза и не мечта несбыточная. Нежная сливочно-белая кожа, светло-коричневые зацелованные соски влажно блестят, требуя еще поцелуев. Темные волосы струятся по плечам и спине, будто росчерки на нежной коже. Она источает желание и настолько красива в нем, что у князя дух захватывает. Хотя на щеках горит смущенный румянец. Кажется, что ее кожа начинает гореть и покрываться мурашками там, куда смотрят синие глаза с поволокой. Она закусывает губу и растерянно смотрит на мужчину. Что он задумал? Разве такое возможно, чтобы женщина сверху? С порочной улыбкой на губах, Велеслав вновь приподнимает и медленно опускает ее, с трудом выдыхая сквозь зубы.

- Вот так, птичка моя. А теперь сама попробуй.

- Но… разве я могу?

- Можешь, сладкая. Со мной ты можешь все."

"Она кладет руки ему на грудь, опираясь, и мучительно-медленно приподнимает бедра. Князь резко выдыхает, сдерживая стон. Ощущения острые, внутренние мышцы девушки обхватывают его настолько плотно, что это мучительно приятно, почти больно.

- Ах, - выдыхает валорка, ошарашенная накатившим удовольствием.

- Вот так! Делай как тебе нравится, - мужские руки накрывают ее грудь и начинают поигрывать сосками, прокручивая гордо стоящие пики меж пальцами. Порочная улыбка на красивых мужских губах сводит с ума. Он весь – сплошной соблазн и нет ей спасения. Тамирис изо всех сил закусывает губы. Подстегивающее удовольствие заставляет ускорять темп.