Князь из будущего. Ч. 2

Они, откровенно говоря, в мораванских землях без надобности были. Словене там и без них распрекрасно живут. А вот таких платков, гребней и ножей из переливающейся волнами стали в мораванских землях точно нет. Хотя, если там такие монеты будут, то торговцы из Новгорода мигом нагрянут. И Арат задумался о том, где в своих землях торг поставит. Да и думать нечего! Вот прямо у своего нового острога и поставит. Он расположился как раз напротив развалин старого римского городка. Как его там? Виндобона!

А в княжьих палатах в это время шла беседа, о которой Арат знать не мог. Большой боярин Горан сидел напротив князя, что задумчиво смотрел в окно, ставни которого ввиду теплого лета были открыты настежь. Шум строящегося города врывался в его покои, напоминая Самославу прошлую жизнь. Раньше тут куда тише было.

— Непросто все в Моравии, княже, — прогудел Горан, положив могучие руки на стол. Он не носил шелка, презирая роскошь. Лишь гривна на шее, данная ему за доблесть, тускло переливалась серебряными бликами. Да и сапоги у него стоили столько, сколько раньше он и во сне представить себе не мог. И плащ был дорогой, и оружие, и дом он себе каменный строил. А в остальном Горан был все так же неприхотлив, как и раньше.

— Воины там себя, словно аварская знать держат, — продолжил он. — Словенских баб обижают, веси грабят порой.

— Ожидаемо, — задумчиво ответил князь, по-прежнему глядя в окно. — Платить нормально надо, и не будут безобразничать. Я скоро поеду в те места суд править. Придется мне родовичам виры за обиду выплатить, а с воинами разговор провести. Но меня больше другое волнует. Эрденэ!

— Там все еще хуже, — поморщился Горан. — Она себя ханшей почитает, а не женой жупана. Своенравная баба, хоть и молодая совсем.

— Думаешь, будет мужа на измену подбивать? — задал князь прямой вопрос.

— Думаю, будет, — кивнул Горан. — Хоть и из нищего племени она, а спеси на десятерых хватит. Младшая дочь, балованная. Власти хочет, князь, но неумна, слишком много болтает. А людишки-то слушают, да мне несут «слово и дело». Я уже замаялся награды выдавать. Послухи[19] просто вереницей идут.

— Наблюдай пока, — обронил в задумчивости князь. — Ничего не делай, собирай сведения. Но не проспи, если к бунту дело пойдет. Полтысячи всадников — большая сила. Если восстанут, кровью умоемся.

— Лучшее средство против глупых мыслей — это война, княже, — испытующе посмотрел на него Горан. — В походе глупые мысли вмиг пропадают. Там совсем другие заботы. И крепко ошибся ты, князь, когда жупану позволил войском командовать.

— Прав ты, Горан, — согласился князь, — но на тот момент не было у меня другого выхода. Я скоро на племена ляхов пойду. Надо это войско на землю сажать. Мне кочевники посреди княжества не нужны.