Князь из будущего. Ч. 2

Дом жупана оказался чуть больше, чем у остальных, но был разделен перегородкой и имел два отдельных входа. У каждой хозяйки был свой очаг. Дом был крыт камышом и топился по-черному, как и почти во всех словенских землях, кроме хорутанских, пожалуй. Там уже и простые родовичи, из тех, кто побогаче, начали себе печи с высокими трубами класть.

— Млада, Эрденэ, — любезно улыбнулся князь женам Арата, которые напялили на себя вообще все, что прислали им из Новгорода и теперь свысока поглядывали на люто завидующих им односельчан. — Довольны ли подарками? Моя жена для вас собрала.

— Довольны, хан, — первой ответила худенькая девчушка лет семнадцати, что постреливала по сторонам раскосыми глазами, оценивая наряды княжеской свиты. На чумазом от сажи личике было написано жуткое самодовольство. Она ждала ребенка, и стояла, сложив руки на выпуклом животике.

— Довольны, — ответила Млада, ревниво поглядывая на степнячку, которая ответила первой. — Княгине Людмиле передай нашу благодарность и подарки. Мы лучшие меха для нее отобрали.

— Передам, — улыбнулся князь, и повернулся к Арату. — Мы заночуем здесь, а потом земли объедем. Мне еще княжий суд править. Пройдемся? Тут ушей много.

— Конечно, государь, — склонил голову Арат.

— А скажи мне, — неожиданно спросил его Самослав, когда они вышли на берег Дуная, где напротив раскинулись развалины Виндобоны. — У тебя сыновья в подходящем возрасте. Не хочешь их на воспитание в Сиротскую сотню отдать? Чего они в глухомани этой сидят? Там у них лучшие учителя, лучшие бойцы наставниками будут. К шестнадцати годам читать и писать научатся, и воинами станут отменными. А когда обучение закончат, я их в свою свиту возьму и хорошие должности дам. Глядишь, и сами жупанами станут.

— Не доверяешь, значит, — подумав, ответил Арат. — Донесли тебе, что эта дура болтает? Ты ее не слушай, князь. У нее мозгов, как у овцы, молодая совсем, глупая.

— Не мы такие, жизнь такая, — пожал плечами князь. — Береженого бог бережет, а не береженого конвой стережет. Дети всех жупанов в Сиротской Сотне обучаться будут. Это обязательно условие теперь. Они — знать, им после нашей смерти править. Мне неграмотные жупаны не нужны, другое время наступает, Арат. Или сам не видишь? А жену свою уйми сам, иначе Горану это сделать придется. Измена по уложению смертью карается.

— Понял, князь, — понурился всадник.

— И воинов своих тоже уйми, — жестко ответил князь. — Жалоб на них целый воз. Ходоки до самого Новгорода дошли. На первый раз я за вас виры заплачу, а потом из жалования вычитать буду, а виновных отправлю соль рубить. И старые заслуги не помогут.

— Уйму, князь, — сжал зубы Арат, мучительно размышляя, кто же мог на него донести. Получалось, много кто, и он зло выдохнул сквозь зубы.