Книга Балтиморов

Его ванные были величиной с их спальни, его спальни — величиной с их гостиную, а его гостиная — величиной с их дом.

Я слушаю в трубке голос дяди Сола. И говорю:

— Ты неправ, дядя Сол. Они оба тебя бесконечно любили и восхищались тобой. Вуди был безмерно благодарен за все, что ты для него сделал. Говорил, что без тебя он оказался бы на улице. Это он попросил написать на его майке «Гольдман».

— Дело не в том, прав я или нет, Маркус. Я так чувствовал. Никто не может ни контролировать свои чувства, ни себя убедить. Я так чувствовал. Я ревновал, ощущал себя не на высоте. Патрик был Невиллом-из-Нью-Йорка, а мы — всего лишь Гольдманами-из-Балтимора.

— И тогда ты заплатил шесть миллионов долларов за то, чтобы твое имя значилось на стадионе Мэдисона, — говорю я.

— Да. Чтобы мое имя было написано громадными буквами на входе в кампус. Чтобы все меня видели. И, чтобы собрать эти деньги, я сделал огромную глупость. А если все случилось по моей вине? А если моя работа в супермаркете — по сути, кара за мои грехи?

40

2003–2004 годы

Однажды вечером, в начале 2003 года, Александра выступала в «Найтингейле». Тогда-то и состоялась встреча, которая изменила всю ее жизнь. Спустившись со сцены, она вернулась ко мне за столик. Я наградил ее аплодисментами, поцеловал и собрался было принести ей бокал вина, но тут к нам подошел какой-то человек.

— Очень здорово! — сказал он Александре. — У тебя невероятный талант!

— Спасибо.

— Кто написал эти песни?

— Я, сама.

Он протянул ей руку:

— Меня зовут Эрик Таннер. Я продюсер и ищу певицу, чтобы запустить свой лейбл. Ты та, кого я давно жду."

"Говорил Эрик негромко и искренне, совсем непохоже на тех краснобаев, с какими я имел дело до сих пор. Но Александру он слушал всего минут двадцать, а идей накидал уже целый воз. Я решил, что он либо мошенник, либо псих.

Он вручил нам свою визитку. Мы собрали сведения о нем и убедились, что у нас есть все основания ему не доверять. Он действительно зарегистрировал на свое имя фирму, но, судя по адресу, находилась она у него дома, в пригороде Нэшвилла, и ни с одним певцом он еще не работал. Александра решила не перезванивать. Он сам нас нашел. Каждый вечер приходил в «Найтингейл», пока не увидел нас снова. Предложил нам выпить по бокалу, и мы уселись за столик в тихом месте.

Добрых двадцать минут он распространялся о том, чем его так поразила Александра и почему он твердо знает, что она станет звездой первой величины.

Рассказал, что работал музыкальным продюсером в крупной компании и недавно уволился. Мечта его жизни — создать собственный лейбл, но ему нужна певица, достойная его устремлений, и Александра — та звезда, которую он давно ждал. Его напор, обаяние, энтузиазм убедили Александру.