Когда сядет солнце

Горы мороженого, дешевые сериальчики до утра, днями незаправленная постель. Я разрешила себе плакать и спать сколько влезет. Не помню, чтобы я когда-нибудь так отрывалась. Мало бы кто меня узнал тогда, окажись у меня в апартаментах. Всегда холодная и собранная Морайя Горслей в мятой пижаме, с гнездом на голове и воспаленными красными глазами. После самой длинной и сложной операции я выглядела куда лучше. Но мне было абсолютно насрать. У меня давно не было отпуска.

Мозгоправа, что приписало мне Правление, с удовольствием послала. Пусть больше и не испытывала неприязни к доктору Гранту, продолжать терапию по принуждению не было никакого смысла.

Узнав, что на фрегате мне предоставят целую каюту, не стала стесняться и взяла побольше вещей. Я люблю комфорт и уют. На этом корабле мне предстоит провести минимум пять лет или больше, если захочу продлить контракт. Чем не повод окружить себя любимыми вещами? Тем более пришлось съехать из апартаментов. Часть коробок оставила у Орфена на временное хранение, а вот книги, пособия и кристаллы с операциями отправила родителям, на Первую орбитальную.

Привет, новая жизнь.

***

В своей каюте раскладываю на кровати стандартный для научно-исследовательского судна бело-голубой комбинезон медперсонала, и задумчиво разглядываю его. За много лет кожей срослась со своей синей формой хирурга.

Ну ничего, привыкну и к этому тоже.

Приняв тонизирующий душ, не торопясь, одеваюсь. Сегодня первый рабочий день на Фрэнсис Дрейке, а без формы я могу выходить только в досуговые дни.

Оказывается новая одежда мне к лицу. Отлично сочетается с моими серо-зелеными глазами и светлыми волосами. Так как мерки прислала накануне, то комбинезон прилично садится на мой немаленький рост, выигрышно подчеркивая сухощавую фигуру.

Чистые волосы собираю в хвост на затылке, открывая скулы и высокий лоб, не люблю, когда что-то лезет в глаза и мешает работе.

Через полчаса меня ждет встреча с моим непосредственным начальником Ирвином Китингом, заместителем капитана.

Провожу оставшееся свободное время, развешивая вещи в небольшой шкаф, это успокаивает.

К назначенному часу поднимаюсь со своего третьего уровня на капитанский мостик.

Непроизвольно от удивления открываю рот и громко восклицаю:

– Мистер Верховски?!

– Морайя, называйте меня, Джонатан, – просит он, расплываясь в широкой улыбке.

Ну что же. Сюрприз, объясняющий мое нахождение на этом судне. Передо мной стоит бывший пациент.

***

– Может, все же, Капитан Верховски? – не сдаюсь, в попытках сохранить дистанцию между нами.

– После того как вы рылись в моем черепе? И вытащили с того света? А ведь вы и отблагодарить не дали себя! – не унимается Джонатан.

– Мне хорошо платили за работу, капитан, – чеканю я.