Когда убьют – тогда и приходите

– Войдите, – раздался спокойный, но сильный голос, каким владеют только учителя начальной школы и командование вооруженных сил.

Ордынцев потупил взор, сделал брови домиком и вошел. Нет, он не боялся по-настоящему учительницы сына, хотя Гортензия Андреевна, надо отдать ей должное, могла впечатлить кого угодно.

– Наконец-то вы удостоили нас своим вниманием. – Гортензия Андреевна встала из-за стола и указкой показала ему на первую парту в среднем ряду.

Ордынцев послушно сел, с трудом уместившись на детском стуле. Колени уперлись в крышку парты, он попытался устроиться удобнее, как показывала нарисованная девочка на большом плакате над доской, но ничего не вышло.

– Итак, начнем, – сказала Гортензия Андреевна, постучав указкой перед его носом. Как раз в этом месте на парте было довольно глубоко выцарапано «Вова – индюк». Ордынцев не сдержался, фыркнул.

– Не вижу повода для веселья. Вот полюбуйтесь, как пишет ваш сын, – Гортензия Андреевна разложила перед ним раскрытые тетрадки, – а вот для наглядности работа Олечки Вернер.

Что ж, разница очевидна. Ордынцев вздохнул.

– В защиту Костика могу сказать только, что он сын врачей. Не в кого ему было каллиграфом уродиться.

– Владимир Вениаминович, прилежание! – Гортензия Андреевна прошлась перед доской, легонько похлопывая указкой по ладони. – Прилежание и еще раз прилежание! Это фундамент любых знаний и умений. А у вашего ребенка ветер в голове. Ведь умный мальчик, а порой ведет себя так, будто с луны свалился.

– Да?

– Не будем далеко ходить за примером, а возьмем Костин дневник наблюдения за природой и трудовой деятельностью человека.

Ордынцев удивился, что у его ребенка есть такой солидный документ, но постарался сохранить невозмутимость.

– Классу было дано задание распределить явления природы по временам года, и оказывается, ваш сын считает, что увядание травы – это признак весны.

– Правда?

– Смотрите сами, – Гортензия Андреевна положила перед ним новую тетрадь, – причем написано с грубейшей ошибкой.

Ордынцев присмотрелся. Действительно, «увидание». Странно, ведь у Кости автоматическая грамотность, он в три года научился читать и писать и сразу правильно, даже Р и К никогда не поворачивал в другую сторону.

– Он маленький еще, Гортензия Андреевна. Увядание пока не его тема. Да и слово забористое.

– Люблю я пышное природы увядание, в багрец и золото одетые леса, – продекламировала учительница.

– Все, я понял! – воскликнул Ордынцев. – Это он видел!

– Что?

– Увидание травы – это когда она из-под снега появляется и люди ее увидели после зимы.

– Надо же, – Гортензия Андреевна вдруг улыбнулась, – а мне и в голову не пришло… И правда все сходится тогда.