Когда убьют – тогда и приходите

А потом Ирина сопоставляла способы убийства – две имитации падения с высоты собственного роста (имитации ли?) и одно удушение. Почему Малиновский изменил способ убийства, которым владел виртуозно? Почему в случае Любови Петровны прибег к другой методике? Как говорится, лучший метод – это тот, которым владеешь и который уместен в данных обстоятельствах. В больнице ему критически важно было, чтобы медсестра не успела позвать на помощь, а не имитация ненасильственной смерти, ведь имелся под рукой одуревший Глодов, на которого можно все свалить, и не стояла острая необходимость обставить все как несчастный случай.

Все-таки насколько легче работать против обычных преступников, там тебе и улики, и отпечатки пальцев, и осведомители, и все что хочешь. С действующими шпионами и предателями тяжело, но тоже можно. Там активность, радиограммы, конспиративные встречи, контейнеры с бесценной информацией и, наверное, что-то еще, что не показывают в фильмах типа «ТАСС уполномочен заявить».

Но как вычислить врага, который залег на дно и живет совершенно обыденной жизнью советского человека? Только случай и поможет.

Интересно, что нашли кагэбэшники в списках поступивших за три дня? Сколько там подозрительных лиц? Черт, ей бы хотелось это знать, и сейчас не мыть пол, а анализировать биографии в надежде наткнуться хоть на малюсенькую несообразность. Разве так бывает, чтобы одновременно и страх, и азарт?

В четверг после обеда ей вдруг позвонила архивариус и довольно сурово поинтересовалась, куда она пропала. Ирина оторопела, но быстро вспомнила, что одно дело они с Гортензией Андреевной так и не успели посмотреть.

Теперь Нина Ивановна его нашла."

"Ирина хотела поблагодарить, мол, спасибо, уже не надо, но осеклась. Нина Ивановна искала дело пятнадцатилетней давности, делала напрасную работу только потому, что Ирина забыла отменить свою просьбу. В следующий раз архивариус так стараться не будет, пошлет подальше, скажет, данные неполные, ничем не могу помочь. Да и просто неудобно перед пожилой женщиной. Надо как-нибудь выбрать время, съездить, отвезти коробочку конфет…

В общем, поступить как человек, а не как свинья.

С жаром заверив Нину Ивановну, что как только, так сразу, Ирина разъединилась и тут же набрала Гортензию Андреевну. Наверное, теперь, когда Малиновским занялись специалисты, конспирация уже ни к чему, но учительница так вышколила Ирину, что язык не поворачивался называть фамилии.

Гортензия сказала, что в свете новых данных самоубийство тещи Ордынцева действительно ни к чему, но вежливость есть вежливость, и раз уж она втравила Ирину Андреевну во все это, то с большим удовольствием съездит и даже скинется на коробку конфет и банку кофе.

Кирилл отпустил ее в тот же день.