Контракт на ложь

Он только ощерился.

– Вон пошла. Сделаешь, как сказал, а не сделаешь – сама знаешь, где окажешься.

***Из офиса Фомина Настя выходила как в воду опущенная. Как прошла несколько кварталов, сама не заметила. И вдруг недалеко от перекрестка прямо рядом с ней затормозил знакомый внедорожник, дверь открылась, оттуда выглянул хмурый Андрей. Мотнул головой:

– Садись.

Она сначала шарахнулась, но он так взглянул на нее. Села.

– Пристегнись. – бросил зло.

И рванул с места.

Андрей молчал, и напряжение прямо висело в воздухе. Наконец он спросил:

– Ничего рассказать не хочешь?

Такой холодный, далекий, отчужденный.

Он все понял… Понял с самого начала. А теперь хотел услышать от нее? Это был приговор.

– Как ты меня нашел? – с трудом смогла выговорить Настя.

Мужчина мрачно усмехнулся и покачал головой.

– Если мне что-то нужно, поверь, я могу из-под земли достать.

Это прозвучало так жестко, что Настя невольно покосилась на него, понимая, что тот вчерашний рыцарь может быть не только идеально добрым. Но и идеально жестоким.

– Я… понимаю, – она опустила голову и сцепила руки на коленях.

Еще несколько секунд гнетущего молчания, каждая из которых только усугубляла ее состояние. Он сосредоточенно вел машину, а сила расходилась по салону волнами. Обжигающими, гневными, как расплавленный свинец.

– Ну? Я жду.

Она невольно вздрогнула. И закрыла глаза. Ну вот и все.

– Я… Мой дядя. Родственник по матери. Он…

– Кто он? – холодно спросил Андрей.

– Фомин. Николай Ефимович.

***Андрея всего выкручивало от гнева, от ее лжи, оттого что приходилось слова из нее клещами тянуть. Бл***! Лжет. Боится и лжет! Ему хотелось остановить машину, сжать ее щеки двумя пальцами, чтобы открыла рот и сказала наконец правду своими дрожащими губами. Он еще помнил, какими они казались ему сладкими. Он помнил все.

Потому и был твердо уверен, что правда ему не понравится.

И все равно хотел услышать ВСЕ. От начала и до конца. Потому что непонятное болезненное чувство, которое она в нем вызывала, уже держало его под ребрами как крюк, как якорь. Разрывало, причиняло боль. От этого надо было избавиться.

Однако имя, которое она назвала, заставило его насторожиться. А когда он понял, кто это…

– Это он устроил меня в тот спа-салон.

Андрей хлопнул ладонью по рулю.

– Дальше. Какой спа-салон?

Он не смотрел на нее. Боковым зрением видел, даже скорее улавливал. Как она замерла, открыв рот, как поползли от нее волны страха.

«Ненавижу!» – Андрею хотелось выкрикнуть это на весь салон, но он только крепче сжал руль.

– «Босс», – тихо проговорила она. – Это за городом.

Ему вдруг показалось, что его душит. Схватил гаджет, быстро забил название. И как увидел картинки красивые. Стало так тошно.

Но он выслушал ее.

Не было ничего такого, чего бы он не мог пережить.