Копия жены по контракту

Это не место для гостей, а моя личная зона отдыха, где я обычно расслабляюсь за игрой в бильярд, но сегодня у меня другие планы…

Марьяна влетает в помещение, подталкиваемая двумя моими людьми. Дверь за ней закрывается с тихим звуком, а она в своей привычной несдержанной манере хлопает по ней ладонью в жесте бессилия, а потом замечает меня и спешит ко мне устраивать разборки.

Частично не слышу ее выкриков, потому что пялюсь на тряпку, которую она на себя нацепила, а вернее, на грудь, которая практически вываливается из кожаного черного корсета, и подол платья из полупрозрачного тюля с разрезом, оголяющим ее ноги.

Я в душе не ебу, где она взяла этот наряд, но меня раздирают два противоречивых желания. Первое – отшлепать ее по упругой заднице за то, что сбежала из комнаты и где-то нашла платье шлюхи, пробралась на маскарад и встречалась с моим врагом. И второе – сорвать с нее это подобие платья и нагнуть над столом с зеленым сукном.

– …с ним сделают?! – улавливаю визгливые нотки, и смысл фразы прорывается в сознание.

Хочу видеть лицо, скрытое под маской, и, недолго думая, протягиваю руку и нахожу тонкие тесемки, срывая с лица Марьяны черный бархат. Она растерянно смотрит на меня. На ней слишком много косметики. Глаза густо обведены черным, на губах – блестящая красная помада. Женщина-вамп, блядь. Она так стала выглядеть старше и поразительно похожа на Лану. Тряхнув головой, выбрасываю из нее мысли о жене. Сейчас передо мной Марьяна.

– Беспокоишься о своем герое-любовнике, девочка? – начинаю спокойный допрос, опираясь на край стола и скрещивая руки на груди.

– Просто о человеке, которого могут убить! – рьяно защищает Рахимова, выпячивая грудь вперед.

– Тебе какое дело до него? Он сам виноват, что пробрался на мою территорию.

– Он хотел, чтобы ты прекратил лезть в его бизнес, хотел поговорить с тобой, предложить какое-то дело, я не поняла толком… – нервно тараторит девчонка. – Я не знала, что он придет. Скажи своим людям, чтобы не убивали его… Пожалуйста, я бы попросила за любого человека, не думай, дело не в Амире… Я его правда не знаю, да, он помог мне, но это всё…

Закусывает губу и смотрит на меня с мольбой, так искренне выпрашивая пощады для чужого мужика, а у меня внутри что-то неприятно шевелится, жаля.

Да, я такой ужасный, злой и страшный, что ты боишься за любого, кто окажется в моей власти. Первоначально я и собирался забрать его жизнь за помощь Марьяне, но, поразмыслив, решил, что не хочу усеивать трупами город. Я просто дал команду разорить Рахимова, этого мне будет достаточно.

Пришел просить за себя – так пусть найдет нужные слова.

– Я поговорю с ним. После.