Копия жены по контракту

Ведь ждала, сопротивлялась в душе этому глупому ожиданию, но всё равно невольно прислушивалась к звукам извне и замирала, трепеща от страха.

Да я его шаги просто узнала, он идет по жизни неумолимо и жестко, придавливая всех к земле и перешагивая через незначительные – для него – преграды. Они его не трогают, он самодостаточен и уверен в себе.

В отличие от меня.

Стою и пялюсь на хлипкую дверь, которая дергается оттого, что ее тянут на себя снаружи. Он даже не звонит и не стучит, а просто по-хозяйски пытается сразу открыть дверь в мою квартиру. Так он всегда делает – не спрашивает разрешения, бесцеремонно и всегда объявляет себя имеющим право на подобное поведение. Это и подкупило, подчинило. Я приняла его право и полюбила именно за эти черты характера, не думая, а смогу ли справиться с таким, как Басманов. С тем, кто не видит во мне личность.

Глупое сердце упрямо рвалось к нему. Рвется и сейчас вопреки всему.

Глава 28

Марьяна

Хватаюсь за стул и отодвигаю от двери после глухого голоса:

– Марьяна, открой.

Могла бы препятствовать ему, пытаться выгнать и просить уйти. Но есть ли в этом толк? Раз пришел – обязательно зайдет в квартиру.

Тело атакуют мурашки, покрываюсь ими вся, кровь приливает к щекам, а дыхание спирает. Дверь распахивается, и Рамиль шагает внутрь. А я отступаю назад, ощущая, как прямо под горлом бьется сердце.

Он хмурый, злой, на лице темнеет щетина, в глазах нечитаемое выражение. Он вроде такой же и даже не переоделся с нашей последней встречи, но как будто изменился. Стал еще больше пугать и давить.

Меня охватывает чувство дежавю. Точно так же мы встретились впервые. Я танцевала, а он вломился в квартиру.

– Снова танцуешь? – задает вопрос хриплым, надломленным голосом, окидывает квартиру взглядом. Стоит возле двери не двигаясь. А я напротив, изучаю его внимательным взглядом и жду, что будет дальше.

Вопрос странный и даже бессмысленный, ведь музыки нет. Да и разве мне до танцев сейчас? Отрицательно мотаю головой и обнимаю себя руками, защититься хочу от него и в то же время держать руки при себе. Вдруг захочу глупо побежать к нему и уткнуться лицом в грудь, выпрашивая жалость и утешение.

Ведь стресс еще не прошел, ситуация меня не отпустила. А Рамиль деловит и собран, он не кажется способным на сострадание. Никогда не казался."

"– Тебя не будут искать: ни СМИ, ни полиция. Я позабочусь об этом, – начинает он разговор после паузы, и я киваю, не спеша задавать вопросы. Мне в самом деле интересно, зачем же он пришел. Будет ли что-то личное, а не только то, что можно было передать через подчиненных? Сглатываю, настраивая себя на профессиональный лад. Как-никак, он мой работодатель. Несмотря ни на что.

– С-спасибо, – выдавливаю из себя, понимая, что Рамиль замял дело с похищением и убийством на свадьбе.