Королевская кровь. Книга 7

Макс задержал движение ножа, чтобы не порезаться – пока приходил в себя и переживал поток воспоминаний. Горячая туша под его пальцами ещё чуть сокращалась, а Тротт ошарашенно проморгался и, решив, что разбираться на голодный желудок не стоит, досвежевал зверя, закопав потроха – чтобы на кровь не пришли желающие поживы, – и швырнул мясо на угли запекаться. И только потом сел у костра раскладывать по полочкам информацию и пытаться сориентироваться в датах.

На Туре с момента его последнего ухода в Нижний мир прошло чуть меньше двух месяцев. Здесь же, – Тротт опять раздраженно подумал о странном невычисляемом соотношении времени в двух мирах, – после посещения Далин к концу подходил только третий месяц.

Только – потому что обычно разница во времени была куда больше.

Почти полтора месяца из них его дар-тени шел лесами в сторону столицы империи, Лакшии, опасаясь погони – за убитых воинов, псов-нейров. Таился, стараясь не приближаться к трактам и крупным городам и по широким дугам обходя твердыни, родовые владения местных военных баронов – тха-норов. Пусть высокородные норы частенько враждовали между собой, но за убийство низкородным пса любого из них устраивали настоящую травлю.

Но на половине пути пришлось зайти в одно из селений за припасами – и там он услышал такое, что решился на крюк в сторону от столицы. И через пару недель ошарашенно взирал из густого папоротникового леса на равнину, заполненную бесчисленными загонами с тысячами тха-охонгов, вибрирующую от их рева – и на регулярно поднимающиеся в небо стаи гигантских оседланных стрекоз.

Армия расположилась там же – от загонов и лагеря даже до укрытия Макса доносилась вонь немытых тел, муравьиной кислоты, крови и слизи.

Тха-охонги с удовольствием употребляли в пищу и теплокровных, и своих мелких сородичей, которых выращивали тут же, на убой. И людей, конечно. Лагерь был очень обширен – и к нему регулярно подъезжали новые отряды под штандартами разных тха-норов.

* * *Макс поворошил палкой угли, подгребая их к мясу. За спиной его хрустнуло – он мгновенно обернулся, прыгнул в сторону, переключая зрение – но во тьме бродил один из местных небольших ящеров, пощипывая мох, и Тротт успокоенно сел на место.

Картина тысяч черных бронированных спин и звуки рева полумагических существ этого мира была ужасающей. Неудивительно, что он боится каждого шороха.

Крылья за спиной все еще были напряжены, и он махнул ими раз, другой, поморщился – пять месяцев прошло, а ещё не отросли до нормы, и слабые, как у птенца. Можно ещё спрятать под куртку, если примотать – а вот под броню уже не поместятся. Лучше, конечно, не снимать плащ – или надо тратить силы на морок от особо глазастых.

Сейчас людей поблизости он не чувствовал.