Королевская кровь. Книга 7

– И все же, – твердо проговорила Василина, – я свое слово сказала.

– Спасибо, Вась, – поспешно, пока сестры не стали спорить, вмешалась я, – но Ани права. Это не тот случай, когда нужно прятаться от реальности. Так что завтра с утра я поговорю с Люком, и затем проведем церемонию. Что сказать прессе, придумаете, обсудите с Люком. Ангелина в этом мастер.

Ани одарила меня ледяным взглядом, но ничего не сказала.

- А официальную по новой семейной традиции сделаем позже, – коварно продолжила я, сладко улыбаясь ей. – Скажем, что осознали долг перед нашими странами и решили заключить союз.

– Ребенок родится через девять месяцев, – напомнила Ани.

– Сейчас срок не больше двух недель, – улыбка моя стала совсем милой, хотя я внутри холодела от ужаса. – Так что если мы устроим церемонию ещё через пару недель, то это при должной подаче станет не скандалом, а сенсацией. А дети рождаются в разные сроки.

«Дети».

Глаза опять защипало, и я вздохнула – закружилась голова. Мариан без слов встал, налил в стакан воды, подал мне.

– Сядь уже, – тихо сказал он, – никто тебя расстреливать не собирается.

– Это верно, – со смешком согласилась я, подходя ко столу, – для расстрела у нас сегодня Стрелковский.

Уловка сработала – семья переключилась на Святослава Федоровича.

– Отец, а ты давно знал? – поинтересовалась Ани.

Святослав Федорович кивнул.

– Не смейте судить мать, – строго сказал он, обводя нас требовательным взглядом. – Ирина была очень сильной и очень страдала из-за обратной стороны этой силы. А у меня, – он на мгновение опустил глаза, – не было возможности ей помочь.

– Отец, – мягко попросила Василина, – мы ведь не понимаем, о чем ты.

Святослав Федорович покосился на Каролину, вздохнул – младшенькая сделала упрямое лицо. Раздались шаги, открылась дверь – в наш совещательный штаб зашел Игорь Иванович, поклонился и застыл у двери. Лицо его было тусклым.

– Садитесь, Игорь Иванович, – пригласила Василина. – Вас наш разговор касается напрямую. Отец?

– Я не много в этом понимал, – продолжил Святослав, подождав, пока Стрелковский сядет рядом с ним. Они то и дело поглядывали один на другого, будто вели тайный разговор о чем-то, понятном только им двоим. – Но, кажется, все дело в вашей родовой силе.

– Отдача, – тихо сказал Игорь Иванович. – Как у огнестрельного оружия.

– Да, – кивнул Святослав. Мы тревожно затаив дыхание, слушали их, и было очень страшно, что о маме сейчас узнаем что-то неприглядное и плохое. – Отдача. Только энергетическая. И Ирине со временем становилось трудно управлять собой. Невозможно. И тогда ее влекло к мужчинам. Помимо ее воли, помимо желания.