Королевская кровь. Книга 7

Макс, направляясь за другом через холл в сторону балкона, невольно усмехнулся – вспомнил эксперимент, после которого он долго еще ходил с подживающими ожогами, без бровей, волос и ресниц и с дрожащими руками. Перестарался. Зато в него накрепко в буквальном смысле вплавилось правило – в лаборатории забыть о торопливости, строго выдерживать таймер и никогда не оставаться без защиты.

– Кот проснулся? Небось опять зубоскалил? – кошмары у Макса начались на пятом курсе, после плотных боевых практик с нежитью, и фон Съедентент не упускал возможность пройтись по нежной психике друга. Впрочем, это он делал вполне беззлобно.

Над ними опять заморгал светильник, теперь уже в холле.

– Да нет, он спит как убитый, – сообщил Севастьянов, оборачиваясь у двери балкона и с недоумением глядя на светильник, затем на Тротта. Моргнул, помотал головой. – О чем это я? А… да… Ты же заседаешь в библиотеке и лаборатории, не видишь ничего. Ему не до смеха. Март вместо того, чтобы перед работой отсыпаться, по вечерам вокруг Вики на женском этаже вьется, как голубок-девственник, или занимается с ней боевкой на стадионе. А сам теперь за руку взять ее боится. Потом полночи работает, и спит по три часа в день. Что ни говори, дружище, а женщины делают нас больными."

"– Меня сия участь миновала, – хохотнул Тротт, проходя вслед за другом на балкон. Его отпускало, и настроение поднималось. Опустился в холодное кресло, щелкнул пальцами, поджигая папиросу. – Они что, снова сошлись?

– А куда им деваться, – грубовато буркнул Михей, тоже прикуривая, – сам же все видел.

Он выпустил дым и вдруг несколько раз с отчаянной злостью долбанул кулаком по перилам. Старое железо задребезжало.

– Ты это оставь, братишка, – проницательно протянул Макс, затягиваясь. – Раз уж Вики после такого его к себе подпускает, значит там все серьезно. Нет, я бы сам от нее не отказался, но переходить дорогу Марту… Да мало ли девчонок в мире?

– Таких мало, – без иронии сказал Севастьянов.

Они замолчали. Михей выпустил дым, прислонился к перилам балкона. За кронами гигантских типанов, пахнущих весной и дождем, светило фонарями здание Университета. Откуда-то с нижних этажей слышна была чуть тянущая музыка патефона и женский смех.

Севастьянов перегнулся через перила, прислушался.

– Третий курс гуляет, – сообщил он, ухмыльнувшись и снова затягиваясь папироской, – заглянем, Макс? Тебе бы развеяться, да и мне мозги прочистить не помешает. Девочки там отзывчивые. Или, может, лучше в бордель какой залетим? Время ещё есть.

– Позже, – расслабленно и почти благодушно махнул рукой Тротт. – Садись, Миха, не мельтеши.

Михей опустился в кресло.

– Что тебе снится такого, кстати? Что ты орать начинаешь?

– Картинку не помню, – недовольно сказал Макс.