Красавица для чудовища

Бесподобных, красивых и знатных до неприличия. Но не тех. Некоторое время он искал Фиру в бескрайних чужих землях, пока не понял, что рассказы о Фире Иридийской превращаются в сказания, а затем и в сказки. Но ее самой уже нигде нет, как нет и нечести, долгое время тревожившей западные королевства. Небылицы, одна хлеще другой, повествуют о том, как Фира справляется с нашествием порождений тьмы. В самой невероятной его синеглазая девочка соглашается на добровольное заточение в темнице князя тьмы в обмен на устранение нечисти."

"Это было бы смешно, если бы не было так грустно.

Ведь она провалилась, как сквозь землю. Раскиданная по всюду сеть шпионов Редьярда не приносит никаких вестей о принцессе. Каждый день с него словно кожу сдирают, заставляя испытывать острую боль. Все во дворце напоминает о ней. Она ушла, но не отпустила. И никогда не отпустит.

Снова поддавшись мрачному настроению, он стал решительно проталкиваться через толпу разряженной публики. Высокий и красивый, он очаровывал не только смуглой красотой, но и тем, что после смерти отца станет королем. Женщин и девушек разных мастей завораживало это сочетание.

У него же лишь вызывала зубовный скрежет. Все время после исчезновения Сапфиры из дворца, Редьяр пытался усвоить, что значит быть мудрым и воспитанным принцем, но волчьи привычки часто брали верх над установленными правилами, заставляя придворных дрожать перед его гневом и относиться к нему опаской. Вот и сейчас он был похож на волка. Перед принцем словно прошла волна власти и звериной энергии, расчищая путь к отступлению из бальной залы. Но если бы люди догадались заглянуть поглубже в душу Редьяра, они бы поняли, что перед ними раненный волк. Волк-одиночка, который без подруги готов выть от тоски и отказаться от жизни. Его в этой жизни удерживает лишь надежда на то, что Сапфира вернется.

Он не удостоил взглядом расстроенную королеву, заметившую, что сын опять сбегает, и прошел прямо в огромную библиотеку, больше похожую на сокровищницу, собранную многими поколениями представителей его рода.

За стеклянной дверью, заменявшей окно, полная луна вместе с россыпью ярких звезд старательно освещала, раскинувшийся сад, таинственный и заполненный тенями в лунном свете.

И где-то там сияла звезда его любви. Она зажглась, и лишь взорвавшись, могла исчезнуть.

Иногда Редьяра посещала мысль о том, что он хотел бы вернуть время вспять, не позволить Сапфире снять с него заклятье. Но он понимал, что будь по-прежнему волком, принес бы ей только горе. Да сейчас ей тяжело, но было бы в сотню раз тяжелее в роли безмолвной пленницы. Если бы тогда, в той избушке, ему удалось ее удержать…

— Мой принц, — чуть хрипловатый обольстительный голос за спиной.