Кубинское каприччио

Дронго показался как раз в тот момент, когда она открывала ворота.

– Добрый вечер, – вежливо поздоровалась Фатьма, – заходите в дом, хозяина еще нет, он пошел к своим родственникам. Вы, наверное, знаете, что Хуршида решила поменять этот мир на другой.

Старикам нельзя говорить о смерти. Это невежливо и неэтично. Нужно было говорить об умерших как о людях, сменивших один мир на другой. Дронго внимательно вгляделся в лица пришедших. Один, по-видимому, был горским евреем, другой азербайджанцем, а третий лезгином. Их легко можно было отличить по лицам, по осанкам, по разговору. Все трое говорили на азербайджанском языке.

– Входите в дом, – предложила Фатьма.

Долго упрашивать гостей ей не пришлось. Они вошли в дом, сняли обувь. В мечети и в дома нельзя входить в обуви. В первом случае это был знак неуважения к Богу, во втором – к хозяевам дома. Старики сняли обувь и прошли в гостиную, где чинно уселись за столом. Дронго вошел следом. Сейчас он был единственным мужчиной в доме и был обязан принимать гостей на правах друга хозяина. Фатьма поспешила на кухню готовить чай.

– Мы пришли, – сказал первый из стариков, возможно, живущий в Красной Слободе, – узнали, что вчера в этом доме убили Хуршиду, и решили все вместе прийти. Нам сказали, что здесь находится человек, который может читать чужие мысли. Он находит преступников, как бы они ни прятались. Это ты?

– Простите меня, уважаемый, – наклонил голову Дронго, – обо мне рассказывают разные сказки.

– Ты человек, который ищет и находит людей, восставших против Бога и против других людей, – перебил его второй старик, который мог быть жителем Кубы, – это правда?

– Да. Я стараюсь находить преступников, которые нарушают заповеди Бога и человеческие законы.

– Какие заповеди Бога они нарушают? – спросил третий старик, возможно, приехавший из Хачмаса.

– Не убей и не укради. Тех, кто их нарушает, преследует закон. Эти заповеди есть и в ваших священных книгах, отцы, – в Торе, в Библии, в Коране. Во всех священных книгах. Но люди перестали бояться Бога и не исполняют человеческих законов. Тогда приходится их находить и наказывать.

Они переглянулись.

– Кто ты такой, что присвоил себе это право? – спросил первый. – Ты не Ангел Смерти и не Бич Божий. Почему ты считаешь себя вправе помогать Ему карать и миловать виноватых?

– Я заработал это право своим тяжелым трудом. Если посчитать, сколько подобных типов я вычислил для наказания, получится очень большое число.

– И ты никогда не ошибался?

– Конечно, иногда ошибался. Но намеренно я ошибок не делал никогда.

Фатьма внесла чай, расставила вазочки с вареньем, сладости, нарезанные дольки лимона. Старики снова переглянулись.

– Что в твоем понимании есть Истина? – уточнил третий.