Наследница Каменной пустоши

– Как же я по тебе соскучилась! – прошептала Маша, и я почувствовала, как на глаза навернулись слезы. – Лерочка, ты чего? Что случилось? – всполошилась привратница. – Тебя кто-то обидел?

– Все нормально, Мари, – улыбнувшись, посмотрела на встревоженное миловидное лицо. – Просто соскучилась.

Я провела рукой по лбу и огляделась.

– Как же здорово вернуться домой…

Голос прозвучал хрипло.

– Ой, а я как рада, что ты вернулась! – довольно сказала Мария. – Без тебя тут все как неродное.

– Скажешь тоже! – хмыкнула я, изо всех сил сдерживая подступающие слезы. – Ладно, идем проверим, на месте ли Яблочное."

"– А чего ж не на месте? – усмехнулась Самойлова. – Григорий следил, чтобы все в порядке было.

– Вот и посмотрим, как он справился.

Я взяла Марию под руку и шагнула в открытый переход. Под ногами оказалась знакомая черно-белая плитка, взгляд уперся в старомодные дубовые панели. Привычно запахло корицей и медом.

– Добро пожаловать домой, Валерия Павловна! – послышался подхалимский тенорок.

– Господи… – я вздрогнула от неожиданности и с удивлением уставилась на кланяющегося Чебышева. – А ты чего не спишь?

– Вас жду, Хозяйка, – угодливо улыбнулся Григорий, и его тощая фигурка снова изогнулась в поклоне.

Чебышев был одет в какой-то немыслимый полосатый костюм, узкие штаны обтягивали тонкие ножки, из кармашка жилетки на смешно оттопыренное пузико спускалась цепочка часов. Гладко выбритые щеки подпирал высокий накрахмаленный воротник белоснежной рубашки.

– Ты что это франтом вырядился?

Я неожиданно расслышала в собственном голосе интонации Леокадии Серафимовны и задумалась. Странно. Не замечала, чтобы мы с тетушкой были так похожи.

– Я ведь при исполнении, – еще ниже склонился Чебышев, и мне вдруг захотелось отвесить ему подзатыльник. Что за никчемное существо!

Я поймала себя на этом желании и растерялась. Никогда в жизни никого пальцем не тронула, откуда такие мысли?! Неужели вместе с должностью смотрителя ко мне перешли и тетушкины замашки?

– Ладно, иди. Завтра поговорим, расскажешь, как без меня справлялся, – в груди что-то давило, и мне хотелось остаться одной.

А еще – что-нибудь разбить. Или швырнуть в стену. Сильно так, чтобы грохнуло как следует.

– Слушаюсь, Валерия Павловна, – бормотнул Гришка и попятился к кухне.

– Машенька, спасибо тебе, – переборов непонятно откуда взявшуюся злобу, посмотрела на Самойлову. – Пойду прилягу. Устала.

– Ты какая-то бледная, Лерочка, – встревоженно посмотрела на меня Мария. – Иди отдыхай. Завтра поговорим.

– Да. Завтра, – повторила я и потерла лоб. В голове крутилась какая-то мысль, но я никак не могла ее поймать. – Пойду, – рассеянно кивнула Маше и побрела к себе.

Ноги казались пудовыми. Шаг, еще один.