Леди GUN

Именно поэтому Роланд и его гоблины получили зеленый свет на любые деяния.

* * *Елена Родионова отгородилась от внешнего мира. Единственным человеком, от которого она желала слышать вести, был Кутателадзе. Ее ничего больше не интересовало. Сознание породило разъедающий изнутри упрек: «Какая я мать? Я не имею права называть себя матерью…» Навязчивое самобичевание раскалывало голову. Неизвестно до чего такое состояние могло довести Родионову, если бы в один из промозглых слякотных дней, счет которым несчастная мать потеряла, в особняке на Подоле не зазвонил телефон…

Трубку поднял новый начальник охраны Матлашенко.

Хриплый голос с чуть заметным кавказским акцентом проговорил:

– Алхан Мудаев предлагает Елене Родионовой встретиться, чтобы положить конец кровопролитию. Алхан будет разговаривать только с Родионовой, без посредников. Гарантии безопасности – выбор времени и места встречи за вами. В двадцать два ноль-ноль мы позвоним, чтобы услышать ответ, – абонент положил трубку. Начальник охраны помчался докладывать хозяйке о звонке…

– Мне непонятно, почему они так рискуют, – рассуждал вслух Лисовский, раскладывая, как обычно, свой логический пасьянс.

 – Как ни крути, это не простое дельце. Какого лешего Алхану понадобилась личная встреча? Зачем он подставляет свой кумпол? Выбор времени и места дает нам все преимущества. Я в первый раз вижу, чтобы мышка сама строила себе мышеловку. При всем при этом ни слова о мальчике, ни слова о выкупе.

– Он просто наложил в штаны, – перебил Кутателадзе, – включил задний ход и думает, что я ему открою шлагбаум. Его братец до сих пор греется у меня в погребе. Хотят вернуть парня и молят о пощаде.

Как только вернут пацана – придавлю обоих.

– Вполне вероятно, меры, принятые Роландом, возымели результат, и Алхану нечего больше делать, – вновь начал Лисовский, обращаясь к хозяйке. – Ну а если дело в другом? Может, Алхана нам подставили, почему он молчал до этого момента? Ни разу за время бойни не обратился к Матушке, не требовал выкупа. Не уверен, что Мудаев – полный профан. Раз он сознательно предложил себя в роли мишени, значит, у него есть веские на то причины. Может статься, что Алхан непричастен к краже мальчика.

Последнее умозаключение Лисовского было для Елены Родионовой чем-то вроде раската грома.

Уже закрепившаяся благодаря Роланду уверенность, что ее сын находится в плену у чеченцев, разбивалась о логику Лисовского. Слова Лисовского своим беспощадным смыслом встряхнули Родионову. Произнести такое в присутствии Кутателадзе было довольно смелым поступком, но Лисовскому надо было набирать очки в новом для себя амплуа первого советника и, следовательно, второго человека в могущественной империи, которая принадлежала Матушке.