Леди GUN
Когда-то в ранней юности Лена Родионова была вынуждена пожертвовать своей честью и своей гордостью. Это и определило ее будущую жизнь. Отныне никто и никогда не обидит и не унизит ее, потому что она обрела невиданную для женщины власть. Родионова сыграет решающую роль в переделе собственности в Москве, Киеве и Крыму, объявит войну государствам, церквям, конкурирующим бандитским группировкам. География и масштабы ее рискованного бизнеса не знают границ, а амбиции вообще беспредельны. И так же велика, необузданна и трагична любовь к Елене молодого человека, который однажды, в ранней юности, совершил роковую ошибку.
Он сверлил глазами двух симпатичных молодок в коротеньких юбочках, которые крутились возле этих парней…
– Не, ну все-таки это классно, что ты в этой церквушке садовником. Идея с этими иконами и всякой разной утварью мне кажется самой реальной, – не отставал Седой.
– Отскочи, – Борису надоело его слушать. – Ты зациклился… «Самой реальной»… Это я говорю реальные вещи, а ты витаешь в облаках. Деньги – это такая штука… Они всегда рядом. Надо только разобраться – где именно. Ты думаешь, в этом зачуханном баре нет шанса набить карманы?
– Боря, ты что? Шварцкопф – наш старый приятель.
– При чем здесь Шварцкопф? Никто не собирается бомбить его забегаловку. Здесь найдется другой вариант подзаработать. Седой, кто вон те двое возле стойки и что это за девочки рядом с ними?
Седой недоверчиво повернул голову, посмотрел с полминуты, затем произнес:
– Это девки вышибал Шварцкопфа. А эти… Какие-то залетные, не эмигранты. В здешних местах в таких пиджачках мало кто появляется. Случайные ребята. А что? Предлагаешь гоп-стоп? Ребятишки крепкие… Не стоит…
– Ну, ты откашлялся, – перебил его Боря.
Кабан и Седой выпучили глаза, чтобы ничего не упустить. Борис направился к парням, подсел к ним и сразу приступил к делу.
Борис пока изъяснялся на немецком с трудом, потому был немногословен:
– Ребята, вижу, вы в восторге от моих цыпок. Без проблем. Выкладывайте по пятьсот шиллингов за каждую и пользуйтесь на здоровье.
Чтобы у австрийцев не возникло сомнений, Боря подмигнул девочкам, выставив большой палец кверху. Те, к радости Бориса, в ответ улыбнулись.
Парни резко закивали. Сутенер возник как раз вовремя, они и сами уже собирались предложить девицам деньги, только гадали, как удобнее к ним подступиться.
У Кабана чуть глаза на лоб не полезли, когда он увидел, что один из парней сует Боре деньги…
– Гляди… Башляют… Во дает… Золотая башка… – восхищался он шепотом, ожидая такой же реакции от Седого.
– Вижу, я Седой, а не слепой. Он сказал, как только возьмет бабки, чтобы мы линяли, – Седой стащил Кабана со стула. – Чувствую, будет жарко.

















