Лишняя. С изъяном
В королевской семье и радость, и горе. Родились двойняшки – неслыханное дело! Одна из них, похоже, больна. Что ж, ей прямая дорога в пансион при монастыре, а там, глядишь, и постриг примет…А моя проблема в том, что я – в теле той самой, больной сестры. И я категорически не собираюсь проводить остаток жизни в молитве и покаянии! Скорее наоборот…
И если повстанцы узнают, что можно нейтрализовать магию – я пока не знаю, до какой степени резина помогает при магической атаке и останешься ли ты невредим, если обернешься презервативом с ног до головы, но мало ли, – это же гражданская война начнется.
Я обхватила голову руками и закачалась из стороны в сторону.
Твою мать, что же я наделала?!
Вот тебе и провела эксперимент…
Спустившийся в гараж по наущению дворецкого Барон обнаружил прелюбопытную картину: я сидела в луже вина, натекшей с подмоченной шины, сжимала в руке шпильку и горестно подвывала. Думаю, в первый момент он решил, что у меня поехала крыша.
Приближался ко мне лорд Суон с опаской.
– С тобой все в порядке? – спросил он с безопасного расстояния. Я подняла заплаканное лицо и очень кстати икнула. – Ты что, пила?"
"Он скривился, уже без всякого стеснения в два шага оказался рядом и под мышки вздернул меня на ноги. Я зашаталась – после получаса сидения на холодном полу ноги затекли. Вином от меня разило знатно, тем более пригубить я его тоже успела. Раз уж так получилось, буду и дальше притворяться ужравшейся в стельку.
Повиснув всем весом на Бароне, я прикрыла глаза, изображая, что вот-вот отключусь.
Совершенно неделикатно он сгрузил меня на постель и прикрыл поверх платья и халата углом покрывала.
– Теперь не замерзнешь. Проспись, пьянь.
В голосе даже слышались нотки нежности! Будто действительно принес непутевую дочку после загула в клубе. Я невольно улыбнулась.
Так репутацию поддерживать надо. А я вроде как почти семья, со мной можно и расслабиться.
Лорд Суон погасил лампы, оставив одну свечу в подсвечнике-стакане в качестве ночника, и ушел. Я свернулась калачиком, поплотнее укутавшись в покрывало. Раздеваться и менять пропитанное вином платье не было сил. Если что, сама себя и исцелю – не привыкать.
И зачем меня только потянуло в эту артефакторику? Ах да. Чтобы лечить всех девочек сразу. А, собственно, кто мне мешает?
Я уставилась на сверкнувшую от огонька свечи шпильку, все еще зажатую в моем кулаке.

















