Любить нельзя. Расстаться

Словно услышав её мысли, или просто поняв, что она удаляется, Руслан снова завладел её губами, заставляя увлечься поцелуем, пока руки легли на ягодицы, задирая юбку.

С шумным вдохом он приник к её груди, открывшейся, когда поддались пуговицы на рубашке. Толкнулся сквозь одежду, потёрся, давая понять, как сильно соскучился, как хочет.

– Русь, – слабо попыталась запротестовать Инна, – скоро придёт Игорь, а мы…

– Он до обеда у Дани, – неразборчиво пробормотал он, одним длинным движением избавляясь от собственной майки и тут же прижимаясь обнажённой кожей. Словно с ума сошёл, дыша часто, оглушительно.

– Подожди, – задыхаясь, она попыталась в последний раз его остановить. Хотя какие могли быть причины, кроме чувства вины перед тем, кто никогда не принадлежал ей? Но именно сейчас это казалось неправильным, вывернутым наизнанку. – Постой. – Она упёрлась рукой в обжигающе-горячую грудь, поймала спутанный чёрный взгляд. – Может, мы хотя бы в спальню пойдём? – попыталась улыбнуться игриво.

– Нет, – слетело с приоткрытых, влажных от поцелуев губ. Руслан обхватил её бёдра, обеими руками нырнул под трусы, оттягивая резинку на промежности. Не останавливаясь, погрузил в неё пальцы. – Если не хочешь, – выдохнул прерывисто, со свистом выпуская воздух из лёгких, – просто скажи.

– Русла-ан, – голос Инны сорвался на стон. Она запрокинула голову, подалась навстречу, прикрывая глаза. Секс с ним всегда был другим. Руслан менялся, кардинально, когда они оставались наедине. Словно отпускал, наконец, себя. Отдавал всего себя и брал также – до последней капли, до предела.

– Просто не прогоняй меня, – простонал он, отпуская её и спешно избавляясь от штанов и трусов. Горячие губы снова заскользили по щеке, накрыли губы. Руслан почти неслышно выдохнул: – Люблю тебя, Инн. – И, отведя трусики в сторону, вошёл в неё, обманчиво медленно, расслабленно. Чтобы в следующую секунду сорваться на стремительный ритм, от которого стол заходил ходуном."

"Инна легла на стол. Не легла даже – упала, распласталась на нём, вцепившись в края столешницы. Громко, не сдерживаясь, застонала, отвечая на каждое его движение, позволяя вести и быть ведомой. Закрыла глаза, чтобы не видеть бледное, напряженное лицо, стиснутые в тонкую полоску губы, пальцы, сжавшие её кожу. Чтобы попытаться представить и в очередной раз убедиться, что это – бред. Невозможно представить другого человека во время секса. Невозможно, если ты уже был с ним. Потому что это в любом случае будет не то. Инна не пыталась себя отвлечь, отдаваясь на откуп физиологии и умениям Руслана, изучившего от и до её тело за годы, проведённые вместе. Она наслаждалась каждым движением, не чувствуя единения, но ощущая родство, близость, которую невозможно заменить.