Лучшие враги

Холту достался только этот шрам… В академии я сталкивалась с чародеями, одаренными демонами. Они, конечно, обладали силой и прочим, но тараканы у них тоже были экзотичные, гораздо любопытнее демонических талантов, поэтому считаю, что лучшему другу повезло отделаться малой кровью. В его случае в прямом смысле этих слов.

– Перефразирую, – кивнула я. – У тебя сломалась почтовая шкатулка, поэтому ты не предупредил, что приедешь полюбоваться в окно дедовского замка?

– Я не успел, – с нахальной улыбкой прошептал Холт.

– Попробуй соврать еще раз, – следя за его приближением, посоветовала я.

– Забыл написать? – предложил он другой вариант.

– Ты ничего не забываешь.

– Хотел сделать сюрприз.

– Даже зная, что я ненавижу сюрпризы.

– Догадывался, что ты будешь против гостей, – признался он и расставил руки: – Обнимемся? Знаешь ли, я соскучился.

Спорить не стала, позволила себя прижать к твердой груди, обхватить ухоженными руками. От Холта знакомо пахло горьковатым цитрусом.

– Надолго приехал? – не размыкая объятий и не отрывая щеки от гладкого мужского пиджака, пробормотала я.

– Невежливо спрашивать гостя, когда он допьет кофе и отчалит домой, – выдохнул он мне в макушку.

– Ты приехал без предупреждения.

Если не слышать наш разговор, могло показаться, будто мы ворковали, как влюбленные пташки, но я-то понимала, что появление темного (на всю голову) колдуна в замке таких же пристукнуто-светлых чародеев грозит большой катастрофой.

– Где багаж?

– Дорожный сундук стоит в твоей потрясающе пустой гардеробной комнате. Пресветлый встретил меня сухо, но поселил в своей башне. Он совсем не любит сюрпризы?

– Особенно если сюрприз – обладатель темной магии, переместившийся во двор замка, – с ледяными интонациями из дверей проговорил Калеб.

Сама от себя не ожидая, я отшатнулась от лучшего друга как от чумного."

"– Он кто? – с неприятной улыбкой кивнул в сторону моего жениха Холт, правда, без пререканий убирая руки. – Светлый чародей?

– А кого вы ожидали встретить, господин Реграм, в замке пресветлого Иствана? – вопросом на вопрос ответил Калеб.

Он нарочито говорил на сартарском, тонко намекая, что прекрасно понимает свалившегося как снег на голову гостя, но не желает говорить на чужом языке.

Обстановка в комнате стремительно менялась. В прямом смысле этих слов! Воздух похолодел, свет потемнел. Быть точнее, мрак сгустился со стороны Холта, словно время клонилось к ночи, а на половине Калеба свет как будто стал ярче, как солнечным днем, и окружил ореолом его высокую фигуру. Я стояла на разделе света с тенью и понимала, что во избежание порчи замкового имущества чародеев следует развести по разным комнатам… Или самой удалиться.