Поиграем?

Надо признать, приличный с виду мужик, как, собственно, и мамаша.

— Куда надо. Отстань от нас, — тут же воинственно встревает малая.

— Женечка, ты снова промываешь мозги своей сестре? Она, на минуточку, несовершеннолетняя. Пошли домой, Тая, — тянет руку к девчонке.

Вот совершенно не в моих интересах применять хоть какую-то физическую силу, но, глядя на то, с каким упорством тот пытается притянуть к себе малую, желание замахнуться превалирует над разумом. Но поступаю я, к счастью, по-другому. Просто оттесняю его в сторону, давая пройти Жене с Таей.

— Ты вообще кто такой?

— Ну пусть будет, гражданин Российской Федерации.

Женя, Тая, вы чего стоите? Спускайтесь вниз, — перевожу взгляд на застопорившихся внизу лестницы девчонок. — Ждите меня около машины.

Удивительно, но те послушались. И пока я провожал их взглядом, в морду, как ни странно, не получил.

— Отъебись от девчонок.

— Ох ты, Боже мой, мне начать бояться?

— Давно пора. И не меня, — отхожу на шаг назад и, не дожидаясь более никакой реплики, спускаюсь вниз.

***Молчанка добивает вот уже как двадцать две минуты. Здесь уже никакую музыку не врубить. И только припарковавшись рядом с Жениной хрущевкой, эта самая раздражающая тишина наконец прервалась тихим «спасибо» от малой.

Все так же молча провожаю их до квартиры, вхожу внутрь, хоть Женя явно настроена против такого поворота. И как только Таисия ушла в ванную, Женя зыркнула на меня так, что в пору испугаться.

— Я не хочу вас слушать. И объясняться перед вами тоже. Спасибо, что помогли и на этом все. Забирайте свой очередной пакет и просто уйдите. Пожалуйста.

— Предсказуемо, стало быть, неинтересно.

— А я и не хочу быть вам интересной, вы так и не поняли? — самое поганое, что есть доля правды в ее словах.

Однозначно, есть. Не хочет быть интересной, при этом я совершенно точно ей нравлюсь. Вот зараза какая… иррациональная.

— Жень, ты же понимаешь, что через день-другой ваша мать придет сюда, чтобы забрать твою сестру. И будет права. По сути, она — мать, причем со стороны вполне себе благополучная. Правда, в глубине души, ты понимаешь, что сюда придет не она, потому что ей-то, вероятнее всего, по фиг на малую. Придет твой, так называемый, отчим. Мне вот интересно, через сколько он начнет активные действия в сторону твоей сестры? Год, два? Тебя во сколько ухажеры твоей матери начали домогаться или насиловать? А? — понимаю, что лезу на рожон и, по сути, рою себе яму этим наездом, но говорить с ней по-другому уже не получится.

А быть может просто не хочу, ибо достало ходить вокруг да около. — Я могу помочь тебе избавиться от этого. Законно. Будешь опекуном своей сестры. У меня есть связи, чтобы все это решить быстро и в твою пользу, уж поверь мне. Без последствий.

— А вы ведь говорили, что будете играть честно.