Поиграем?

Та, видимо еще одна курица, в списке поставивших на меня ставки, нашла новенькие штаны темно-синего цвета за считанные секунды. С каким-то предвкушением иду к кабинету. Азарт. Точно, в крови вовсю самый что ни на есть азарт.

— Алексей Викторович, беляшей, к сожалению, не было, — разочарованно произносит Тамара Николаевна и протягивает мне пакет с чебуреками.

— И не надо. Вы сами чебуреки съешьте. А я скоро вкусный куплю беляш. И живее. В смысле посвежее. Да, куплю. У всего же есть цена, — бурчу себе поднос и вхожу в кабинет.

— Держи, — протягиваю Жене штаны.

Та их тут же берет и, видимо, не дождавшись того, что я отвернусь, сама отворачивается ко мне спиной и начинает надевать штаны.

Еще несколько минут назад, увлеченный ее колготками, а затем ободранными коленями, я даже не обратил внимания в целом на Женины ноги. Хорошие у нее такие бедра. Далеко не худые по современным меркам. Это даже несколько забавно, учитывая тот факт, как девицы сейчас маниакально стремятся к болезненной худобе. И сильный, очень сильный контраст по сравнению с той худющей болезненной девочкой.

Женя быстро скидывает в рюкзак джинсы, колготки, а затем надевает промокшие кроссовки.

Дурочка. К гадалке не ходи — мечтает отсюда свинтить.

— Стой, — хватаю Женю за предплечье, как только та направляется к двери. — У меня к тебе серьезный разговор. Я задержу тебя буквально на пару минут. Присядь обратно.

— Ну, — нервно произносит Женя, натягиваю рукава водолазки на ладони.

— Я приглашаю тебя…скажем в это воскресенье на ужин, плавно переходящий в завтрак. Как ты на это смотришь? — была бы жива мама отхерачила бы сейчас меня ремнем, учитывая, что это та самая девочка передо мной. И в принципе была бы права.

Однако, мамы нет, а вот азарт у меня в крови и эмоции на лице Жени есть. Кайф. Наступит на ногу, херакнет кулаком мне в морду, покажет средний палец или просто пошлет на хрен?

— Святые профитроли. Столько есть с утра до ночи это даже для меня жёстко, Алексей Викторович, — ай да красава. Один — ноль, точно в ее пользу. — я если столько жрать, то не выдержит кровать. Так что вынуждена отказаться.

— Стой, — вновь ловлю ее за руку. — Один-ноль в твою пользу.

— А мы во что-то сейчас играем?

— А ты еще не догадалась? Кажется, начали мы в баре.

— Там же и закончили.

— Нет. Я решил продолжить. Я вообще крайне прямой человек, поэтому скажу все как есть. Ты мне нравишься. Поэтому я предлагаю тебе стать моей любовницей. Через недели три. Как раз после занятий.

— В смысле?

— Хочу, чтобы твои трусы свисли. Бриллиантов не жди, но съемную квартиру, финансовую поддержку и перспективы в медицине — да.

— А не пошли как бы в жо… — резко замолкает, сжимая руки в кулак.

— Предсказуемо, конечно, для наивной провинциалки. И глупо.

— Я вообще крайне глупая.