Малышка на двоих

Не знаю, что на этот раз задумал Тим, но я ему подчинятся ему не буду.

– Живо, Катрин! – Тимофей гаркает на меня, а мне хочется по-детски надуться от такого тона. – Опустись на дно так, чтобы тебя не было видно. За нами слежка.

Я знаю, что они просто издеваются. Решили отомстить за мой недо-побег и теперь говорят об этом. Чтобы просто поставить меня на место и показать, кто в наших отношениях главный.

– И за чем мне опускаться? Подсказать, где педаль газа?

– Потому что если начнут обстреливать машину, меньше шансов что заденут внизу.

Тимур отвечает так, словно ничего странного нет в том, что мы можем оказаться под пулями. Подумаешь, стандартный вечер пятницы.

Я разворачиваюсь, желая увидеть преследователей. Хватаюсь за подголовник, когда Тим резко сворачивает направо. А машина сзади, внезапно, включает поворотник и следует за нами.

Меня сносит на пол в течении секунды. Глупо радуюсь тому, что в джипе широкое дно, и я почти прекрасно там умещаюсь. Лежу на спине рассматривая потолок. В окне проносятся дома, машина словно вибрирует от скорости.

Или это просто я трясусь?

Тигран честно говорил о том, что жизнь с ним не будет простой. Я думала тогда о его, чуточку, деспотичном характере и привычке всё контролировать. Нерушимый график появился спустя полгода после свадьбы.

А через год было первое покушение на мужа.

Он шутил, что я стану богатой вдовой. Всегда об этом шутил, обучая меня навыкам бизнеса. Был уверен, что я завалю всё дело, если с ним что-то случится. И да, так бы я и сделала.

Девятнадцатилетняя девочка ничего не смыслит в ценных бумагах и колебаниях цен на акции. Так, странные графики, словно свечки на графике. А он обучил, чтобы я не сомневалась в себе. Жестко критиковал каждый раз, но объяснял ошибки.

Так что да, я могла стать богатой вдовой.

Только теперь кажется, что Тигран может пережить меня.

Забавно, но мне не страшно совсем. Тимур и Тимофей либо справятся с этим, либо нет. От того, что я буду нервничать, просить ускориться и что-то сделать – ничего не решит.

И муж тоже сделал максимально много. Нашел мне охрану, пусть ту, что я видеть не могла. Но нашел, нанял, обеспечил защиту.

От меня совсем ничего не зависит. Только лежать на полу, едва ударяясь головой от нового резкого поворота.

Ненавижу это чувство беспомощности, когда я ничего не решаю. Как три года назад, когда говорила с отчимом, а он не слышал. Никто не слышал меня тогда. Оболгала его телохранителей, пыталась исправить всё, но было поздно.

Или не оболгала?

Я знаю о той ночи всего несколько вещей. Я сбежала с подругой в бар, а потом с кем-то потеряла невинность. Была уверена, что это был кто-то из Тимов. Может, они оба? Мне тогда казалось, я видела их, чувствовала.

А утром узнала, что в моей крове нашли смесь препаратов.