Малыш для стервы и холостяка

Считать было несложно — срок у них был одинаковый. И даже предполагаемую дату родов ставили в один и тот же день — 15 июня.

Накануне этой даты Рита все же написала Марте и тут же получила ответ:

«Вчера родила! Все хорошо! В пятницу нас уже выпишут!»

Рита, ощущая во рту мерзкую, растекающуюся по всему телу горечь, написала поздравления и решила, что надо отдавать долги. Тоже встретить Марту. Хотя бы просто приехать с цветами, затеряться в общей толпе встречающих, вручить букет и уехать. И никогда больше не видеться, потому что слишком больно смотреть на маленький кулечек в руках счастливой Марты и думать о том, что у Риты сейчас мог быть точно такой же. Но ей не повезло. Просто не повезло.

Но когда Рита все же приехала к роддому в назначенное время, она там оказалась одна. Рядом стояли весёлые шумные компании с яркими плакатами, шариками, метровыми зайцами и медведями, горой цветных букетов и радостными улыбками, а к Марте подошла только одна Рита. Со своим скромным букетиком из оранжевых гербер. Черт, надо было хотя бы шарик или мягкую игрушку догадаться купить.

— А где… все? — растерянно спросила Рита у Марты. Уставшей, с ввалившимися щеками, синяками под глазами, но все равно невероятно счастливой и будто светившейся изнутри.

— Какие все? — Марта тихонько покачивала свой сверток, перевязанный голубой ленточкой, и явно была рада тому, что Рита приехала. — Брат в США, он не смог вырваться. Близких друзей у меня нет, только знакомые.

— Родители? — осторожно предположила Рита, уже понимая, что не стоило спрашивать.

— Они погибли, когда я закончила школу. И давай на этом закончим вопросы. Хочешь подержать малыша? Я назвала его Арсений.

— Привет, Арсений, — Рита осторожно отвернула угол конверта, и крошечный ребенок на мгновение разомкнул глаза, как будто посмотрел на нее, а потом снова их закрыл. Он был весь такой маленький, хрупкий и удивительно красивый. И почему-то в эту секунду Рита не думала о своем, так и не родившемся мальчике, а просто радовалась, что вот такой вот Арсений появился на свет. Что он жмурится, дышит, причмокивает крошечными губками и выглядит как самое большое чудо на свете.

Они обменялись улыбками с Мартой, и Рита вдруг поняла, что просто не сможет их оставить. Ни Марту, ни Арсения. По какой-то странной причине они теперь входят в крайне небольшой список людей, которые ей важны.

— Я могу доехать с вами до дома и помочь, если надо, — неуверенно сказала Рита Марте.

— Надо, — серьезно сказала Марта и осторожно коснулась ее руки. — Я вызвала такси с автолюлькой, но понятия не имею, как ее пристегивать. А пока машина едет, давай сделаем общее фото на память?

Эта фотография до сих пор стояла у Риты в рамочке на прикроватном столике. Она, Марта и большой белый кулек с голубой лентой.