Мама для Одуванчика

 — Как, кстати, там Ася?

Вот в этом вся суть матери Одуванчика!

Усмехаюсь и машу головой в пустоту, занимая свое место и бросая взгляд на показания приборов.

Дочь для нее определенно не первостепенное, и интересуется она о ее жизни с приставкой “кстати”.

— Позвони и сама у нее спроси. Я думаю, у нее найдутся для тебя новости. В конце концов, ты мать.

— Мы опять вернулись к нашим любимым рычаще-шипящим диалогам.

— Просто, Карина, было бы прекрасно, если бы ты сама звонила чуть чаще, чем раз в месяц дочери и спрашивала, как она поживает. Не через меня или мою мать. Ася на тебя за это обижается, и не удивляйся, если не возьмет трубку, — говорю, припоминая разговор, который состоялся у нас за ужином не так давно. Варя тогда явно ощущала себя не в своей тарелке, а Ася, стоило мне только сказать, что ей нужно быть терпимей к матери, закрылась и обиделась.

— Вот так, появилась Варя, мать ей стала не нужна, да, Романовский? — горький смешок выдает Карина, а меня так и подмывает сказать, что да. Такими темпами, скоро у дочери будут все основания называть Варю матерью. Благодаря ей моя дочь перестала быть похожа на ежика и нашла любимое дело. Сдружилась с классом и уже месяц как не дует щеки. Варя определенно стала для нее кем-то важным в жизни. Варя и правда пыталась поговорить с Одуванчиком и объяснить, что какая бы мама ни была, она ее любит, но, кажется, обида в дочери проросла слишком глубоко.

— Хотя я и осознаю, что не мать года.

— Просто позвони дочери. И нет, Карина, Варя ничье место забирать не будет. Она нашла общий язык с Асей и хочет быть ей элементарно другом. Обрати на дочь чуть больше своего внимания. Вот и все. Никто ее у тебя забирать не собирается.

— Я тебя поняла, Романовский.

— Ладно, у нас скоро посадка, — говорю, поглядывая на часы, — когда тебе нужны эти снимки?

— Через пару недель я буду в городе. Было бы неплохо все организовать. Пару часов, и вы свободны.

— Отлично. До связи.

— Пока, — слышу вдогонку и отключаюсь. Еще с добрый десяток минут кручу в руках мобильный и прикидываю, во что я вообще сейчас ввязался с Кариной?

Моя гребаная совесть!

Отношения на лжи не строят, а в нашей паре уже и так за мной большой косяк, что Варя считает, будто мы с Кариной в разводе. Узнай она, что встречается с фактически женатым по документам человеком — потеряю. А я чертовски боюсь этого. Как никогда в жизни. А теперь еще и эти снимки…

Твою мать, я чувствую себя предателем!

Надо быстрее заканчивать все эти спектакли и настраивать нашу с ней жизнь на нужный курс.

Глава 44. Варя

Ася без умолку о чем-то рассказывает, а я никак не могу отделаться от мысли, что придется прожить без Влада целую неделю. На душе скребут кошки. С языка чуть не сорвалось признание, и теперь я жутко жалею, что не успела договорить.