Метро. Трилогия под одной обложкой

Тот на обритого внимания не обращал, по крайней мере, не подавал вида, что его игре кто-то мешает.

Как ни странно, Хантер не уходил, не делал и попыток забрать ее или оборвать выступление. И только дотерпев до последних аккордов, он подался назад и сгинул. Сразу бросив Леонида, Саша вклинилась в толпу, чтобы не отставать от обритого.

Тот остановился неподалеку, у скамьи, на которой сидел поникший Гомер.

– Ты все слышал, – просипел он. – Я ухожу. Пойдешь со мной?

– Куда? – Старик слабо улыбнулся подошедшей девушке. – Она все знает, – пояснил он обритому.

Хантер ткнул Сашу еще раз, потом кивнул, так и не сказав ей ни слова.

– Здесь недалеко, – повел он головой, обращаясь к старику. – Но я… Я не хочу оставаться один.

– Возьми с собой меня, – решилась Саша.

Обритый шумно вдохнул, сжал и разжал пальцы.

– Спасибо за нож, – произнес он наконец. – Он мне очень пригодился.

Девушка отпрянула, раненая, но тут же снова собралась с духом.

– Это ты решаешь, что делать с ножом, – возразила она.

– У меня не было выбора.

– Сейчас он у тебя есть. – Она прикусила нижнюю губу, нахмурилась.

– И сейчас нет.

Если ты знаешь, то должна понимать. Если ты действительно…

– Понимать что?!

– Как важно попасть на Тульскую. Как мне важно… Побыстрее…

Саша видела, как мелко трясутся его пальцы, как разливается темное пятно на плече; ей становилось страшно и этого человека, и еще больше – страшно за него.

– Тебе нужно остановиться, – попросила она его мягко.

– Исключено, – отрезал он. – Неважно, кто это сделает. Почему не я?

– Потому что ты себя погубишь. – Девушка осторожно притронулась к его руке – тот дернулся, как от укуса.

– Я должен. Здесь и так все решают трусы.

Если промедлить еще – погублю все метро.

– А что, если бы была другая возможность? Если бы было лекарство? Если бы тебе больше не пришлось?..

– Сколько можно повторять… Нет никаких средств от этой лихорадки! Неужели я бы стал… Стал бы…

– Что бы ты выбрал? – Саша не отпускала его.

– Не из чего выбирать! – Обритый стряхнул ее ладонь. – Уходим! – гаркнул он старику.

– Почему ты не хочешь взять меня с собой?! – выкрикнула она.

– Боюсь. – Он выговорил это совсем негромко, почти прошептал так, чтобы, кроме Саши, никто его не услышал.

Он развернулся и зашагал прочь, буркнув лишь старику напоследок, что у того до выхода десять минут.

– Я ошибаюсь или тут кого-то лихорадит? – раздалось у Саши за спиной.

– Что?! – Она крутанулась и столкнулась с Леонидом.

– Мне послышалось, что вы говорили о лихорадке, – невинно улыбнулся он.

– Тебе послышалось. – Она не собиралась сейчас с ним ничего обсуждать.

– А я думал, сплетни все-таки подтверждаются, – задумчиво, словно сам себе, сказал музыкант.

– Какие? – Саша нахмурилась.