Метро. Трилогия под одной обложкой
«Метро» Дмитрия Глуховского переведено на 37 языков мира и издано двухмиллионным тиражом.Третья мировая стерла человечество с лица Земли. Планета опустела. Мегаполисы обращены в прах и пепел. Железные дороги ржавеют. Спутники одиноко болтаются на орбите. Радио молчит на всех частотах. Выжили только те, кто услышав сирены тревоги, успел добежать до дверей московского метро. Там, на глубине в десятки метров, на станциях и в туннелях, люди пытаются переждать конец света. Там они создали новый мирок вместо потерянного огромного мира. Они цепляются за жизнь изо всех сил и отказываются сдаваться. Они мечтают однажды вернуться наверх – когда радиационный фон от ядерных бомбардировок спадет. И не оставляют надежды найти других выживших…Перед вами – наиболее полное коллекционное издание трилогии «Метро». Впервые «Метро 2033», «Метро 2034», «Метро 2035» и новелла «Евангелие от Артема» выходят под одной обложкой. Дмитрий Глуховский ставит точку в саге, над которой работал двадцать лет.
– Ну скажи, что выйдешь сегодня… Скажи, что будешь играть… Сейчас и девчонки из кордебалета уже придут…
– Трахаешь там кого-нибудь, а? Зинку трахал?
– Боже, ну какие глупости! Я ей про искусство, а она мне… Зачем размениваться на мелких шлюшек, когда влюблен в приму?
– И что же ты мне тут про искусство, а, носорожина ты дрянная? Правду говори!
– Ты знаешь, как я сам устал от этого… От этого нейтралитета… От того, что искусство… Бла-бла-бла… Уже самому хочется лечь под кого-то… Понимаешь меня? Уже хоть под кого-нибудь.
– Не начинай. До спектакля осталось всего…
– Пусть красные, пусть коричневые, но пусть кто-нибудь один…
– Уж я тебя понимаю… Не надо.
– Надо.
– Не успеем.
Над ухом шикнули, и кто-то неуклюжий затоптался и закряхтел. Кто бы это и по чью душу ни пришел бы, он стоял сейчас под закрытой дверью – и жадно подслушивал. Было шесть минут до эфира.
– Успеем. Пусть уже кто-нибудь один. Кто придумал, господи, что искусство должно быть независимым?
– Ты мне ухо щекочешь. Аркаша.
– Кто придумал, что художник должен быть голодным? Идиот какой-то придумал.
– Согласна. И мне, знаешь… Уже хочется четкости.
– Понимаешь меня, да? Пусть бы содержали уже нас, но пусть бы дали четкий кодекс правил, пусть бы цензора поставили – но один кто-нибудь. Тогда мы могли, например, «Трамвай» дать и «Чайку»… Или, наоборот, «Гамлета» и…
– Да! Да…
– В утешение, понимаешь? Искусство нам… С тобой…
– Тише… Вот так…
Стук в дверь.
– Добрый вечер! Аркадий Павлович! – голос был хриплый, низкий – и странно знакомый Артему.
– Кто? Кто там?!
– Господи…
– О, да и Ольга Константиновна там. Откроете?
– А… О! Товарищ майор! Глеб Иваныч! Какими судьбами? Сейчас… Сейчас.
Артем видел через щель: четыре пары подкованных сапог и шнурованные ботинки. Дверь раскрылась.
– О… Что происходит? Вы разве имеете право тут… С вооруженными людьми… Глеб Иванович! Это нейтральная станция! Мы всегда, разумеется, рады вам… Как гостю… Но что происходит?!
– В исключительных случаях. А сейчас как раз исключительный. Нам поступил сигнал. На станции скрывается шпион.
Артем перестал дышать вовсе. Почему-то подумалось, что ведь ни у одного из четырех застреленных сталкеров наверху рации не было. Мина нашлась, а рация пропала.
– У вас есть люди, обладающие радиооборудованием?
– Куда? Стоять! Документы! – грянуло из соседней комнатенки. – Держи его!
– Это кто там?
– Сотрудник наш. По техчасти. Петр Сергеевич.
Подборки для вас
Любовные романы
Все книги →
Классическая проза
Все книги →
Похожие книги
Ведьма для генерала-дракона. Иллюзия свободы (СИ)
Я знаю, что видел
Дети Нитей. Эллед
Невыносимый Босс
Красное на красном
