Мизгирь

– А как же новые жильцы? – всё ещё не веря, спросила Саша, – Я же не могу подложить людям такую свинью.

– А ты и не подложишь, – ответила Никитична, – Те, кто тебе продали жильё и те, кто купят у тебя, обычные люди. Они не будут видеть ни Яну, ни Марковну, ни прочих. Они будут видеть настоящих. Живых соседей.

– И много их, таких домов?

– Очень много. Души живут рядом с нами, ты можешь их заметить иногда краем глаза, боковым зрением, но если повернёшься, ты никого не увидишь.

Саша молчала.

– Уезжай отсюда, – снова сказала Никитична.

– А как же вы тогда здесь живёте? Почему не уедете? – вдруг сообразила Саша.

– А я уже и сама не знаю, на какой я стороне, – улыбнулась старуха, – Да мне и без надобности. Лет мне уже много. Всё одно. А ты уезжай поскорее, девонька. И прости меня, коль чего не так сказала.

Саша отвернулась буквально на миг, а когда посмотрела на старуху, на тропинке уже никого не было. Она в панике закрутила головой во все стороны, ища Никитичну, но та, словно сквозь землю провалилась. Парк был пуст, лишь ветер носил снежинки в сером небе. Солнце скрылось за тяжёлыми свинцовыми тучами, начиналась метель. Саша наклонилась, что-то смутило её на снегу. И когда она рассмотрела, то не поверила своим глазам, то, что она увидела, не поддавалось никакому логическому объяснению. По дорожке, где они только что шли вдвоём с Никитичной, тянулись две цепочки следов – Сашины и птичьи. Саша застыла в изумлении, и тут ветер взметнул снег, бросил пригоршню в лицо Саше. Она зажмурилась, заморгала, закрыла глаза. А когда открыла, то увидела, что на её плечо прилипло перо. Девушка взяла его в руки, оно было жгуче-чёрным, переходящим в кроваво-красный наверху. Саша повернулась и быстрым шагом зашагала прочь.

Письма

Глава 1

Тёплое июльское солнце заливало широкий подоконник, на котором сидел семилетний Витька и, высунув язык, старательно выводил на бумаге какие-то каракули. Распахнутое окно второго этажа выходило во двор. Со всех сторон огороженный пятиэтажками из красного кирпича, он утопал в зелени листвы и пестрел разноцветьем цветочных клумб, заботливо и зорко охраняемых от хулиганов дворовыми бабушками. На скрипучих качелях у второго подъезда качались сёстры Каргачёвы – Варька и Катька. Они были старше Витьки на два года, уже закончили второй класс, и поэтому всё время воображали из себя невесть что и задирали нос перед малышнёй, вроде него. Витёк должен был пойти в школу нынешней осенью, а пока что он выпустился из сада и сидел дома с бабушкой Зинаидой Михайловной и мамой, пока отец был на работе.