Мои бывшие

— Зачем начинаешь скандал?

Зачем?

Затем, что я в ужасе!

Я и правда не отбивалась, и удовольствие получила такое, о каком даже мечтать не могла. Не думала, что так бывает, но…

— Позволил присоединиться? — сузила я глаза. — Поделился мной? Ты? Раньше любил, потому ревновал, а сейчас что, я — девка, которой можно поделиться с другом? Так?

— Не так, Яна, — вступил в разговор Руслан. — Ты не девка для нас.

— Это было один раз, — спокойно кивнул Мирон. — Я знал, что однажды ты окажешься с Русланом в постели. Не слепой я, еще тогда, пять лет назад все видел — ваши взгляды, притяжение. Лучше, чтобы это было при мне. Один раз. Больше такого не повторится, успокойся.

— Ах, успокойся? — процедила я. — А моим телом можно вот так распоряжаться? Сегодня Рус присоединился, завтра еще кого-нибудь позовешь, да?

— Яна…

— Хватит! —рявкнула я. — Мне… мне нужно освежиться, побыть немного одной.

— Сначала мы поговорим.

— Я сейчас завизжу, — выдохнула я панически, и Мирон отступил от двери, позволив мне выскочить в нее.

— Возвращайся, и поговорим спокойно, — донеслось мне вслед.

Я бежала не в уборную, а на улицу. На крыльцо, задев бутылку и бокал, выплеснув себе на пальцы липкий ликер. По дорожке, и к своему дому.

Боже, какая я дура. И ведь Мирону не объяснишь, он не понимает. Я и сама с трудом могу свои чувства словами выразить, но в голове рефреном звучит: это неправильно. Неправильно, и все тут! Как можно было поделиться мной «на разок»? Я бы не оказалась с Русом в одной постели, я ведь давала ему отпор, несмотря на свои к нему чувства.

Я Мирона выбрала! Его! А он просто взял, и отказался от моего выбора, отбросил его, как нечто несущественное.

И да, я должна была сопротивляться, должна была заставить Руслана уйти, но я так устала бороться с самой собой. Захотелось узнать, каково это — быть с ним. Быть его. Но в тайне я бы не стала, удержалась бы, и не изменила.

— Ты все испортил, Мирон, — всхлипнула я, вбежав в свой темный дом.

Закрыла дверь, привалилась к ней, и снова возникла мысль: нужно бежать отсюда!

Прямо как тогда, когда мы с Мироном расстались.

— Яна, что за вид? И что там за крики? — мама вышла в коридор, на ее плече влажное кухонное полотенце. — Что такое? Мирон, да?

— Да, и…

— Плохой мальчик. Рассталась бы ты с ним. Не в отца пошел этот Мирон, будто нагулянный, — мама нахмурилась. — Тарас такой приличный, а сын — оторва. Хотя, может, повзрослеет, и за ум возьмется.

— Мы расстались, — прошептала я. — Мам…

— Расстались? Слава Богу! — мама кивнула на кухню. — Идем, поможешь мне.

— Мама! — выкрикнула я. — Ты можешь меня выслушать?

— Не кричи. Что?

— Тарас, он… он меня изнасиловать пытался, — выпалила я, как раз в этот момент папа вышел из кухни, и уставился на меня.