Мои бывшие

— Я пошла к Лабовым, Марина позвала, вот надела платье, и…

— А туфли где? — снова перебила мама.

— В машине! У Тараса! Он затащил меня в свое авто, повалил, целовать начал. Хотел меня… хотел изнасиловать, — всхлипнула я, и обняла себя за плечи. — Он давно пристает ко мне. На приемах, сюда приходил тоже, угрожал, лапал… я не могу так больше. Он ужасен! Пожалуйста, давайте поедем в полицию, я хочу, чтобы он не имел права ко мне приближаться. Папа, мамочка, помогите мне!

Я совсем расклеилась, слезы льются по щекам, они и на губах — горькие и соленые. И трясет всю, как от лютого мороза.

— Уверена, ты все не так поняла, — покачала мама головой. — Это очень серьезное обвинение. Тарас — достойный человек."

"— Д-достойный, — заикаясь, выплюнула я. — Как же! Тетя Надя вон видела, как он меня в машину волок. Тот и ей наплел, что, мол, я перегуляла, и вообще пропащая молодежь. А он якобы с рук на руки меня вам хочет сдать. Вранье! Вы ведь видите, в каком я состоянии? Мне защита нужна, поддержка. Помощь ваша! Я не могу так больше, просто не могу! Мама, — протянула я ей руку.

Пошла к ней. Хочу, чтобы мама обняла, чтобы согрела. Так плохо мне еще не было.

— Дочь, признайся, ты пила? Употребляла что-то? — голосом остановил меня отец, и я замерла — о чем это он? — Тарас увидел, как ты наркотики принимаешь, да? И ты потому его обвиняешь в этих гнусностях?

— А я говорила, это все Мирон. Он тебя чем-то угостил? — мама сложила руки на груди.

— Да нет же! Я же сказала, что было!

Вдруг послышался звук разбившегося стекла. Мама всплеснула руками, и побежала на кухню, а затем крикнула:

— Там твой Мирон. Окно твое разбил, кажется. Яна, быстро в комнату, уберись, и не вздумай глупостями заниматься! А завтра мы в наркологию поедем, пусть анализы у тебя возьмут, и молись, чтобы не нашли в крови наркотиков. Иначе до пенсии дома под замком будешь сидеть!

— Дочь, и правда, — папа покачал головой, — взрослая ведь уже. Ну как не стыдно нашего друга оговаривать?

— То есть вы не допускаете, что я сказала вам правду?

Я растерялась.

Разочаровалась.

Никто мне не поможет.

Никто.

— В комнату! — мама шлепнула меня мокрым полотенцем, и я вскочила на ступеньку.

Понеслась по лестнице, и захлопнула дверь в свою темную комнату. Окно разбито, да. Мирон психанул.

Подошла к осколкам, и вгляделась в разбитое окно, на гранях осколков блики, в них отражается окно Руслана.

И балкон.

Я грустно улыбнулась, и покачала головой — нет, я не хочу так. Не хочу смотреть на этот балкон, ссориться с Мироном, отбиваться от Тараса. Устала.

— Я уеду отсюда, и все у меня наладится, — прошептала я.

Глава 31

Глава 31

Прошлась по комнатам и включила свет по всему дому.