Мой лунный эльф, или Как не влюбиться по уши

Эти двое, похоже, неплохо спелись за моей спиной. Я даже невольно заозиралась — не вывалится ли откуда-нибудь еще и стрекозел? С него станется.

Но спанк, вопреки моим опасениям, не появился. И Марр не разразился пламенной обвинительной речью. Вместо этого он выпустил когти, выгнулся дугой, вздыбил шерсть, и глаза его полыхнули ярко-оранжевым. По морде пробежали рыжие всполохи, перекинулись на спину, заискрились на лапах… Кот вспыхнул, засиял ослепительной хвостатой звездой, и нас с Торэтом раскидало в разные стороны.

Эльф полетел вниз, а меня отбросило назад и с размаху во что-то впечатало.

В глазах потемнело, из легких разом выбили весь воздух, а когда я проморгалась и продышалась, то обнаружила, что сижу в кресле у камина в гостиной нашего дома, а вокруг столпились друзья. Лица встревожены, брови насуплены… Сразу понятно — им уже известно, что произошло, если не в деталях, то в общих чертах точно. И даже примерно ясно, кто успел Сэму с девчонками обо всем сообщить.

Впрочем, информатор и не думал скрываться. Выдвинулся вперед, возбужденно завертелся перед самым моим носом.

— Лерка! Хвала Бездне, цела. Я так волновался, так волновался. Чуть за Грань не ушел. Смотри, высох весь от переживаний, вот-вот истаю, еле двигаюсь. А ведь жил же себе спокойно, горя не знал, так нет, угораздило с иномирянкой связаться, на свою голову. Учти, с тебя двойная магическая подпитка — за все мои мучения, моральные и физические. Мало, конечно, но я добрый. Да и что с тебя еще взять, с непутевой? — бодро завопил он, хлопая крыльями, как опахалом, так интенсивно, что лицо сразу овеяло свежим ветром. Не похоже, чтобы наури собирался «усыхать и истаивать».

— Повезло тебе со мной… ну и с хвостатым тоже, вовремя мы тебя из загребущих эльфийских лап вырвали. Кстати, зачем он тебя на Изнанку уволок? Требовал признаний? Издевался? Пытал? Воспользовался случаем… Эксплуататор. Бахронг вислоухий.

Пытал? Можно и так сказать. По крайней мере, повышенное сердцебиение, ком в горле, жар, головокружение, дрожь в руках и ногах он мне обеспечил.

Вспомнила тяжесть чужих рук на талии, неровное горячее дыхание у самых моих губ и почувствовала, что краснею.

— Первородным, как и демонам, на слово верить нельзя, — вещал между тем стрекозел, не подозревая, какие неожиданные образы всплывают у меня в голове. — Договариваться стоит только после кровной клятвы и магически заверенного соглашения, иначе, оглянуться не успеешь, как облапошат. Надеюсь, ты ничего лишнего не сболтнула?

— Нет, — попыталась я улыбнуться сквозь дымку внезапно накатившей усталости. Замялась, но все-таки честно призналась: — Не успела.

— Лер?.. — вопросительно протянул Семен.