Мой сводный хулиган

Сама толком не поняла, то ли уснула, то ли нет, но очнулась уже часа через три, когда телефон завибрировал сигналом будильника, выставленного, чтобы не опоздать на ужин. Чувствовала себя настолько усталой и разбитой, будто заболела.

Но я была здорова, физически точно. Но душа болела. Ныла, скреблась, тосковала. Я сомневалась, правильно ли поступила, ткнув Артура тем, что указала ему, что он не нашего круга. Его ведь это зацепило – я видела.

Но тут же в голове всплывал тот его обидный разговор с приятелем, который я услышала из-за двери, и мой внутренний голос начинал твердить, что я сделала всё верно.

Я приняла душ, долго постояв под водой, делая её то нестерпимо горячей, то обжигающе холодной. Немного помогло взять себя в руки. Мышцы стали послушнее, а сознание яснее. И оно совершенно точно понимало одно – будет война. Он слишком зол, а я не собираюсь позволять помыкать мною. Так что… просто, похоже, не будет.

Глава 22

Артур

– Якушев, у тебя глаза на заднице?! – громогласно проорал тренер, когда я после сигнала “стоп” подбежал к нему. – Тебе прямой пас дали, ну как его можно было не поймать?!

Пас был ни хрена не прямой. Я понимал, что на игре может быть по-разному, для того мы сейчас и тренируемся. Но мы отрабатывали другую связку, все сконцентрировались на ней, поэтому я не ждал подвоха от Роскошина с крученым пасом. Сам лох, знаю, но и этого уёбка давно пора умыть в унитазе. Особо зарвавшимся всегда это помогало, из практики знаю. Приходилось таким способом объяснять. Но я думал тогда, что выбора нет, что в детдоме всё по закону джунглей: или ты, или тебя. Но оказалось, что закон этот за стенами детского дома тоже действует, просто я раньше как-то иначе воспринимал это, что ли. А без завесы увидел только попав на государственный хлеб.

– Артур, надо думать над стратегией передач, с таким слабым взаимодействием с “Тюменью” нам не тягаться. А сделать их – значит подняться на несколько ступеней выше, чего мы на данном этапе и пытаемся добиться.

Я кивнул, приводя дыхание в равновесие. Встряхнул головой, разбросав капли пота. Ну и жара стояла. Шёл август, обычно в это время в наших широтах уже было терпимо, июльская жара отступала. Но в этом году погода сошла с ума. Солнце жарило нещадно с самого утра, на тренировках, казалось, терялось столько жидкости, что и бочку бы в себя влил после.

Тренер отпустил всех, а меня задержал. Сделал пару вливаний о работе с командой, о значении капитанской повязки и тому подобное, потом попрощался и сказал, что увидимся вечером уже дома.

Роскошин успел свалить до того, как я вернулся. Пацаны сказали, даже на душ забил. Сказал, батя вернулся с плаванья и его сильно ждут дома. Видать так сильно, что даже пот смыть после адской трени некогда. Ну да.