Мой темный Ромео

 Я понял, что она не хотела чувствовать себя униженной. Чтобы о ней позаботился мужчина, который убедился, что она понимает свою незначительность для него.

Как у нее не сработал счетчик бреда? Как она могла подумать, что я действительно ничего к ней не чувствую?

— Сначала я принесу тебе лекарство, чай и воду. Тогда я позову Хетти, чтобы она осталась с тобой. После этого, я сообщу твоей матери, — я натянул ее одеяло до подбородка. — Без вопросов."

"Она пыталась отмахнуться от меня, постанывая при малейшем движении.

— Неважно. Просто уходи. Я не хочу видеть твое лицо.

Я дал ей то, что она хотела, хотя, как всегда, не так, как она ожидала. Последовательность действий не соответствует обещанной.

Сначала я связался с Карой, чтобы она отправила частный самолет в Джорджию.

Затем я позвонил свекрови и Фрэнклин – по отдельности – и потребовал их присутствия.

Только тогда я вошел на кухню за водой, чаем и ибупрофеном от лихорадки Печеньки.

Естественно, как хронический бездельник, которым он часто оказывался, Оливер все еще сидел на острове, теперь наслаждаясь очень большим куском красного бархатного торта, который, я был уверен, должен был быть съеден Даллас.

— Почему ты все еще здесь? — спросил я, собирая для нее нужные мне вещи.

Он почесал висок ручкой вилки, нахмурив брови.

— Ты пригласил меня сюда. Ты хотел посмотреть футбольный матч, помнишь?

Я не помнил. Я даже не знал свой собственный адрес прямо сейчас.

— Убирайся.

— Что насчет…

Я выхватил тарелку из его пальцев, признавшись себе, что ступил на дикие земли.

— Этот торт не для тебя.

— Ты сошел с ума за десять минут своего отсутствия, — Оливер уставился на меня широко раскрытыми глазами. — Что с тобой случилось? Разве Дурбан не заполучила последнюю книгу Генри Плоткина и не выместила свой гнев на тебе?

Дерьмо.

Книга «Генри Плоткин».

Я оттолкнул Оливера вилкой, все еще сжатой в его грязном кулаке, и набрал номер Хетти свободной рукой.

Она полузевнула полупроговорила.

— Да?

— Даллас заболела. Тебе нужно прийти сюда и позаботиться о ней, пока родственники не прибудут примерно через два часа.

— Ах, да? — ее энергия вернулась десятикратно. — И что, черт возьми, ты собираешься делать в это время?

— Отмораживать свои яйца.

Я мог бы послать Кару сделать это.

Это был бы не самый галантный поступок, который я когда-либо делал – Кара находилась на тонкой грани между пятидесятыми и шестидесятыми, получила травму спины и заслужила отпуск на Рождество, но это тоже не неслыханно.

Черт, я мог бы послать любого из шести своих помощников младшего разряда.

Но я этого не сделал.