Моя чужая

Если Демьян действительно виноват, он должен… — я глубоко вздохнула, — понести наказание, но только по закону. А чего хочешь ты, я не понимаю… и не хочу понимать.

— Ярослава, — холодно произнес он, — я нанесу человеку такую боль, которую он бы не познал от выстрела в голову.

Захар остановился на светофоре и перевел на меня взгляд. Сердце гулко забилось от того, что я прочитала в его глазах:"

"— Я тебя ему не отдам. Он забудет твое лицо, твои поцелуи и твою любовь.

С каждым словом он словно вколачивал в меня гвозди, но я не могла отвести взгляда от его темных глаз.

— Я объясню тебе лишь один раз: ты не должна бояться меня ни днем, ни ночью, потому что я тебя не трону. И пальцем. Бойся только своих желаний, девочка.

Что-то гулко застучало в висках, но я не отрывала от него своего взгляда.

— Ты сошел с ума, да? — прошептала я, чувствуя начинающуюся дрожь, — я не твоя…

— Считай, что с этого дня ты — моя пленница. И поверь мне, это лучший из вариантов, что я мог бы с тобой сделать.

Светофор загорелся зеленым, и мы стартанули. Неслись по весенним улицам куда-то, за окном стояла непроглядная темень, а в душе было черти что.

Я знала совсем другого Захара, правда, тогда он не знал истинную меня. И вдруг мне стало интересно: а если бы я уже тогда, в первый день нашего знакомства назвала имя Демьяна, он бы сразу меня убил? Ведь к тому времени мы друг друга совсем не знали, не было совершенно никакой привязанности. Как бы он поступил тогда? Смог бы совладать со своим желанием мести?

— Что сейчас с Яном? — тихо спросила я.

— Ведется следствие.

— А его друг, про которого ты тоже упомянул?..

— Даже имени его не называй, — каким-то умоляющим тоном произнес Захар, — тот легко отделался! Его больше нет в живых!

Я в полном недоумении прикрыла глаза и откинулась на спинку сидения. Одно я поняла точно: сейчас рядом со мной был совсем другой Захар. Нет, у него остались принципы, и я была уверена, что он не тронет меня, но тогда какими способами он собирается осуществлять задуманное? Заставит меня полюбить его? Или испытать те чувства заново, когда он целовал меня в том загородном доме? Будет ходить с голым торсом или что? Что он собирается делать?

Мне было жаль. Жаль его невесту и Захара, которым пришлось пережить такое. Я не знала, можно ли жить дальше после насилия. А как смотреть в глаза любимому человеку после? Возможно ли жить, храня воспоминания об этом…

И я совершенно не представляла, что было в голове у Захара, как только он узнал о случившемся. Какого думать, что ты не спас, не помог, не защитил человека, которого ты очень любил?

— Мне очень жаль, — прошептала я, вырываясь из собственных гнетущих мыслей.

— Что? — очнулся Захар.

— Мне жаль ее.