Моя дочь – волчица

— Куда именно упорхнула?

— Кажется, туда пошла, — неопределенно махнула рукой Зинаида Михайловна, — в сторону остановки.

— Как вы думаете, сколько лет было той девочке?

— Их, современных девчонок, не сильно и разберешь, — прищурилась она, вспоминая. — Ну, моей внучке, к примеру, двенадцать. Та девушка была старше на годок, может быть, на два. У нас тут в подъезде несколько девчонок живет подходящего возраста, да и ребята есть, видать, чья-то подружка.

— А во что была одета девушка?

— Джинсы и темная курточка. На ногах модные сапожки без каблука.

— Такие похожие на аккуратные валенки? — блеснул Гуров познаниями в современной моде.

— Нет. Изящные сапожки из замши.

«Значит, не только модные, но и достаточно дорогие», — мысленно подытожил Лев.

— Прямые светлые волосы, чуть длиннее плеч, были собраны в хвостики. Личико милое, овальное, черты правильные. Цвет глаз не рассмотрела. На улице стемнело к тому времени, а лампочки у подъезда очень слабые вкрутили. Управляющая компания деньги за обслуживание берет немалые, а экономит буквально на всем."

"В этот день Гуров еще успел съездить в морг и побеседовать с патологоанатомом, который делал вскрытие пострадавших. По предварительным выводам эксперта, оба мужчины были убиты одним и тем же холодным оружием. Опираясь на форму ран, можно смело утверждать, что орудием убийства являлся весьма длинный, обоюдоострый клинок с узким лезвием, внешне напоминающий стилет. Еще можно предположить, что оба удара, вероятно, нанесены одной рукой, причем человеком, без сомнения, тренированным, жестоким и решительным, который знал, что делал, бил наверняка, прямо в сердце, и не оставил мужчинам ни единого шанса на выживание. Больше никакой информации медики пока сообщить не могли.

Гуров попросил экспертов, чтобы они попытались по форме ран воссоздать точную модель клинка. И сделали расширенную токсикологию внутренних органов обоих погибших. Вдруг окажется, что мужчин опоили чем-то перед смертью. Или одурманили, чтобы они не оказывали сопротивления.

Утром следующего дня, как только Лев переступил порог своего кабинета, позвонил дежурный и сообщил, что полковника срочно требует к себе генерал Орлов.

— Доброе утро, Леночка, — улыбнулся Гуров миловидной секретарше генерала. — Шеф у себя?

— Доброе утро, Лев Иванович. Петр Иванович у себя и давно ждет вас! — ответила девушка и заговорщицким тоном добавила: — Только он не один.

— Начальство? Посетитель? — слегка притормозил Лев у двери кабинета.

— Посетитель, — еще сильнее понижая тон, сообщила Лена, — думаю, из знакомых генерала. Очень нервный господин, плотный такой, представительный. Волосы рыжеватого цвета и то ли всклоченные, то ли дыбом торчат.

— Понятно.

Открывая дверь, Гуров уже знал, кого увидит.