Моя горькая свадьба

Для меня это маленькая передышка, возможность прервать наш зрительный контакт, снять напряжение, которое витает в воздухе.

«Неужели я могу упустить такую жёнушку!» Его фраза вертится в моей голове. Как бы мне хотелось, чтобы она звучала искренне, по-настоящему, от души, осознанно и обдуманно. Мне кажется, я была бы самой счастливой девушкой на земле. Эх, только «бы» мешает.

— Накорми щенка и возвращайся! Нам предстоит серьёзный разговор! — приказывает он.

Внутри меня всё падает. Ничего хорошего от злого Ерёмина ждать не стоит.

Глава 25

Неспешно насыпаю в миску сухой корм для щенка, наливаю свежую водичку. Мои руки дрожат, мысли кружатся вокруг предстоящего разговора. Я боюсь, мне страшно. Его тон не предвещал ничего хорошего для меня. Я услышала угрожающие нотки. Крепко сцепляю ладони, наблюдая, как Марко с жадностью накинулся на еду. Невольно улыбаюсь, аппетит у него отменный. Бросаю взгляд на входную дверь. Это запасной выход. Возникает желание подхватить Марко, выбежать на улицу и…

Территория дома надёжно огорожена, и это не дощатый забор, через который можно перепрыгнуть, найти калитку и спокойно выйти. Каменный забор идёт по всему периметру участка, исключая небольшую часть, которая граничит с участком Марины. Бесшумно подхожу к выходу, толкаю дверь, она не заперта. Кажется, вот она свобода, просто сбежать по ступенькам, по мощёным дорожкам пройти в глубь сада, перебежать на участок Марины и просить помощь. Я готова сделать первый шаг. Оглядываюсь на Марко, который ещё не закончил свою трапезу. Разве мне угрожает реальная опасность? Стоит ли вовлекать чужих людей в наши разборки? Закрываю глаза, пытаясь успокоиться и начать мыслить здраво и рационально. Теперь, после нашей близости, его холодность, суровость, злые насмешки, ранят меня вдвойне. Я стала более уязвимой, эмоциональной. Нет, побег — не выход из сложившейся ситуации."

"«Господи, прошу тебя, помоги мне!» — шепчу я, складывая ладони в умоляющем жесте. Увы, разговора мне не избежать. Только я ни в коем случае не должна показать ему свою уязвимость и беззащитность. Я сотру из памяти нашу близость и не позволю Ерёмину иметь власть надо мной. Горло сжимается, в глазах защипало. Получится ли у меня выбраться из своего замужества, не сломав шею? Тупо рассматриваю ободок обручального кольца на пальце. Нет, плакать я не буду. По крайне мере, не сейчас. Набравшись решимости, бесстрашно возвращаюсь в гостиную, желая как можно быстрее завершить разговор, на котором он настаивает. Чего тянуть резину? Как там говорят, перед смертью не надышишься.

Растянув длинные ноги, Ерёмин вальяжно сидит на мягком диване, уставившись в экран смартфона.

Я замерла, разглядывая его. Такой близкий и такой далёкий.