My Ultimate Autumn Playlist or It's a Man's Man's Man's World (СИ)

– Хочешь сесть за руль?

– Я?

Хаммонд посмотрел на меня так, словно я сказала абсолютную и несусветную ересь, например, гольф круче Nascar. Этот взгляд отрезвил меня и вернул к рассмотрению заманчивого предложения, которое в мгновение ока было одобрено:

– Да! Конечно! – воскликнула я, но затем добавила с сомнением: – А можно?

– Было бы нельзя, я бы не предлагал. Не в моем характере обижать детей, – улыбнулся Ричард. – Разве что если ты водить не умеешь.

– Что? Я? Не умею? – возмутилась я. – Да я же…

– Педали не перепутаешь? – продолжал издеваться он, видя, как меня это заводит.

– Хорош. Решайте уже, как вы едете. Время, – развел нас по углам Кларксон, не без удовольствия от наблюдения за детским садом.

Следующие полтора часа я наслаждалась европейским автобаном и обалденным автомобилем, а еще не менее классным собеседником и попутчиком. Время летит незаметно, когда твой штурман Ричард Хаммонд. Мы смеялись над «улитками», ползущими по автобану со скоростью меньше 90, обмывали косточки автомобилям, которые обгоняли. Подтрунивали над Кларксоном, который так и не оправился после того, как ему достался Audi, и все еще бурчал, как Скрудж.

Мы остановились недалеко от границы со Швейцарией, чтобы сделать небольшую перестановку сил, а именно, выгнать меня на мое законное место в микроавтобус и посадить за руль Хаммонда. Когда вселенская справедливость была восстановлена, команда взяла курс на Невшатель, который я упрямо продолжала называть Нойенбург*. Там мы должны наконец-то встретить еще одного немаловажного члена команды – Джеймса Мэя. И посмотреть, как капитан Улитка гоняет на эксклюзивных и дизайнерских, а еще безумно высокотехнологичных и баснословно дорогих прототипах авто Франко Сбарро. Я уже говорила, что обожаю свою работу?

А то обстоятельство, что проделать часть пути мне предстояло в Audi, делало ее еще более обожаемой. После удачи с Ричардом, я решила попробовать раскрутить на тест-драйв и Джереми. Скрепя сердце, он пустил меня за руль еще одного дитя немецкого автостроения. Если дорога с Хаммондом была веселым приключением в духе Nascar (только с живим авто), то езда с Кларксоном была похожа на 24-часовую гонку на выживание (с расчета час за десять). Уж его можно было стопроцентно назвать штурманом. Всю дорогу я только и слышала «тормози передачей», «обгоняй его, успеешь», «добавь газу», «слишком широко повернула», «ты вообще знаешь, что такое апекс?».

Уроки водительского мастерства довели меня до одури в буквальном смысле этого слова. Представьте, что вам два с половиной часа говорят под руку, что делать? Жуть. Но полезная. Если бы после такого мастер-класса я полезла за руль «астона» Хиддлса, то его хватал бы удар за ударом.