На пятьдесят оттенков темнее

 – Он наклоняется и ласково целует меня в плечо.

– Ложись, – приказывает он и уходит.

Я лежу, гляжу в потолок и жду его возвращения. За прошедший день так много всего случилось, так много нужно обдумать. С чего начать?..

Я резко просыпаюсь и не сразу понимаю, где я. Неужели я заснула? В слабом свете, проникающем сюда через приоткрытую дверь, я вижу, что Кристиана рядом со мной нет. Где же он? Я обвожу глазами комнату. В изножье кровати стоит какая-то тень. Женщина?

Одетая в черное? Трудно сказать.

Еще не до конца проснувшись, я протягиваю руку и включаю ночник, потом опять бросаю взгляд на изножье.

Там никого нет. Я трясу головой. Мне все это померещилось? Приснилось?

Я сажусь и обвожу глазами спальню. Мне становится жутковато – но я тут совершенно одна.

Я провожу ладонью по лицу. Который час? Где Кристиан? На будильнике – пятнадцать минут третьего.

Слезаю с кровати и иду на его поиски, сбитая с толку разыгравшимся воображением. Мне уже мерещится всякая ерунда. Должно быть, реакция на драматические события минувшего вечера.

Зал пустой. Его освещают лишь три подвесные лампы над баром.

Но дверь в кабинет приоткрыта, и я слышу, как Кристиан разговаривает по телефону.

– Я не понимаю, почему ты звонишь в такой поздний час. Мне нечего тебе сказать. Ну, впрочем, ответь мне ты… Тебе не надо было передавать письмо.

Я неподвижно стою возле двери и, сгорая от стыда, подслушиваю. С кем это он говорит?

– Нет, ты послушай. Я просил тебя, а теперь приказываю. Оставь ее в покое. У вас с ней нет ничего общего. Понятно?

Он говорит сердито и агрессивно. Я хочу постучать в дверь, но не решаюсь.

– Я знаю.

Но я серьезно говорю, Элена. Оставь ее в покое, мать твою. Или мне нужно повторять это несколько раз? Слышишь меня?.. Ладно. Спокойной ночи. – Он швыряет телефон на стол.

Ох, черт! Я робко стучусь в дверь.

– Что? – рычит он, и мне хочется убежать и спрятаться.

Он сидит за столом, уронив голову на руки. Поднимает голову, и суровое выражение лица сразу смягчается, когда он видит меня. В глазах читается настороженность и такая ужасная усталость, что у меня сжимается сердце.

Он озадаченно моргает и обводит меня взглядом с головы до ног.

Я явилась в его майке.

– Тебе больше подходят атлас или шелк, Анастейша, – шутит он. – Но даже в моей майке ты прелестна.

Ах, какой неожиданный комплимент.

– Я соскучилась без тебя. Пойдем спать.

Он медленно встает со стула, все еще одетый в белую рубашку и костюмные брюки. Теперь его глаза сияют и полны обещания… хотя в них видна и грусть. Он стоит передо мной, устремив на меня пронзительный взгляд, но ко мне не прикасается.

– Знаешь ли ты, что ты значишь для меня? – спрашивает он.