Навеки твой. Прощай

Детишек увидите… Ну? Соглашайтесь!

Таир поколебался секунду-другую, но все же кивнул. Открыл дверь, пропуская женщин. Первой – заведующая, второй, заговорщицки ему подмигнув, выплыла Элеонора Дмитриевна. Последней – Лера. Так близко, но не касаясь. Хотя хотелось… очень. Он уже принял эту потребность как данность. Что толку бежать от себя?

В актовом зале было достаточно многолюдно. Ко второму числу даже те, кто мог по показаниям встретить Новый год дома, начали возвращаться. Кто-то шел сам, кого-то привезли в инвалидном кресле, кто-то с баллоном кислорода.

Мальчики и девочки. Маленькие и большие. Дети…

Расселись. Без пафоса, в углу. Предоставив лучшие места маленьким пациентам. По правую руку – заведующая и Элеонора. По левую у стены - напряженная, как пружина, Лера.

- Выдохни, я не кусаюсь, – шепнул Таир, пока Нина Юрьевна с Дмитриевной спорили на тему госзакупок.

- Зачем ты здесь?

- Это случайность. Правда.

Лера промолчала. Только голову опустила и с силой сжала пальцы. Таир залип на тонкой полоске белой кожи, оставленной кольцом. Интересно, если бы он тогда не оборвал их отношения, что бы было? Возможно, они бы давно уже были женаты, а может, до этого и не дошло.

И разошлись бы они, попробовав, как в море корабли. Теперь он уже не узнает, как бы у них сложилось… А может, и к лучшему, что была эта пауза? Теперь-то он точно ее не упустит. В молодости – не факт."

"Таир осторожно пошевелил пальцами. Медленно-медленно продвигаясь к ее. И снова дежавю. Как будто ему снова семнадцать. Кино… Она. Его рука, небрежно закинутая на спинку кресла, якобы для удобства. Так и не опустившаяся ей на плечи рука… А еще ее запах… нежный, неповторимый.

Который он то ли вдыхал, то ли пил. Он и сейчас не изменился. Ничего вообще не изменилось. Или вернулось все… Только смелости больше. Потому что на этот раз он все-таки накрыл ее пальцы своими, удивляясь их хрупкости.

Ее возмущенный вскрик «С ума сошел!» утонул в голосе ведущей.

- Всюду песни, всюду пляски, всюду яркие огни… К нам в дома приходят сказки в эти праздничные дни!

Представление началось. Но они смотрели совсем не на сцену. Их взгляды сплетались. Ее, больной, ничего не понимающий, и его – уверенный и спокойный.

Ну, а как? Он уже все для себя решил. И что толку метаться? Даже с Меланьей все уладил. Чтобы уже ничего не мешало им с Лерой. Неприятная вышла история. Но это нужно было сделать в первую очередь.

Меланья встречала его при полном параде. Ласковой игривой кошечкой. Будто чувствовала, что он решил с ней порвать, и затолкала свои обиды по поводу сорванных новогодних планов подальше. Ну, еще бы. Когда мужик тебя бросает, тут уж не до сцен. Тут себя по-другому вести надо.