Навстречу счастью

Достаточно скромное предприятие, но я думаю, что это ширма: должны быть и офшоры, и что-то другое. Да и компаньоны ее, видать, непростые люди: без поддержки на атомную станцию не сунешься.

— Возможно, — согласился Алексей. — В таком случае я ставлю на Ляхова.

— Замечательно, что наше мнение совпало, — обрадовался Цеховский. — Я с ним уже беседовал и получил принципиальное согласие.

— А говоришь, меня ждал. Ладно… В конце концов, это в твоей компетенции… Кстати, если еще что-то услышишь о Крапивиной, сразу доложи. О таких конкурентах надо знать все, — пояснил он и раскрыл другую папку: — Теперь обстановка в холдинге…

Где-то через час Цеховский закончил краткий отчет о делах, поделился с шефом некоторыми текущими проблемами и замолк.

— Кажется, все, — произнес он после паузы. — Да, чтобы не забыть: Лида, то есть Лидия Иннокентьевна, разыскивала тебя на прошлой неделе. Просила позвонить, а лучше заехать.

— Что-то стряслось?

— Не знаю, не рассказывала… Но, по моим данным, к ее дому часто подъезжает вишневая «девятка» лечащего врача, — осторожно добавил он.

— Вот как?.. Ну что ж, это хорошо, — более чем спокойно отреагировал Алексей. — У меня тоже есть новость: возможно, вскоре вернется Кушнеров.

— Надолго?

— Не знаю, — ушел он от прямого ответа, исподволь наблюдая за реакцией Максима, которого, похоже, это известие не обрадовало. — Но в любом случае генеральным останешься ты…"

"…Проезжая мимо бывшей квартиры, Радченко попросил Чернова свернуть во двор, но выходить из машины не торопился: долго всматривался в светящиеся окна на четвертом этаже. Владимир, боясь нарушить ход его мыслей, привычно молчал.

В свое время на приобретении недвижимости в центре настояла Лида. Поиском, покупкой, оформлением и ремонтом — две квартиры объединяли в одну — тоже занималась она: отказалась от услуг строительной фирмы мужа, наняла модного дизайнера… Надо сказать, что Алексей был этому даже рад: времени у него не хватало, а Лида хоть чем-то займется. К слову, со строителями он общался лишь дважды: при подписании договора и в день приемки-сдачи работ и окончательного расчета.

Тогда, постоянно отвлекаясь на телефонные переговоры (в офис пожаловала какая-то проверка), злой и раздраженный, он для видимости прошелся по комнатам, передал жене пачку денег и со словами «меня все устраивает» уехал на работу: словно чувствовал, что надолго здесь не задержится. Тем же летом он приобрел за городом земельный участок под строительство, а спустя год перебазировался из спальни на кожаный диван в кабинете.

В общей сложности в доме на Тверской он прожил около четырех лет, но, как ни старался, никак не мог вспомнить хоть что-то, согревающее душу.