Навстречу счастью
Он и Она, юноша и девушка, золотая студенческая пора и история непростой, но очень красивой любви. Время — непревзойденный мастер бега на марафонские дистанции: только что оно было впереди, и вот уже дышит в спину. Он и Она восемнадцать лет спустя. Мужчина и женщина, с сильными характерами, реализовавшие себя как личности, достигшие в жизни немалых высот, и спрятанная глубоко внутри боль, застарелая рана, на месте, где когда-то жила любовь, разрушенная людским коварством, завистью, юношеским малодушием, собственной гордыней. Но настоящая любовь, как и настоящая дружба, дается свыше. И даже потеряв связь друг с другом, невозможно не думать, не вспоминать, не мечтать о новой встрече…
Сейчас без пяти двенадцать и можно зачеркнуть на календаре очередной прожитый без тебя день. Ленка чистит зубы, скоро выключим свет — и спать. Мы теперь самые примерные студентки на этаже.
Это письмо я хочу отправить тебе с уведомлением. Уж тогда не отвертишься, что ничего не получал!
До свидания. Очень жду. Целую. Тамара.
22 февраля 1983 г.
Р. S. Неделю назад Лариса переписала мне молитву “Отче наш”. Теперь я читаю ее перед сном: держу в ладони бабушкин крестик, закрываю глаза и мысленно пытаюсь тебя перекрестить. Только не смейся…» — поплыли перед глазами Алексея последние строки…
6
…По дороге в отель Артем с Алексеем решили отказаться от ужина и через час отправиться в город: есть после позднего обеда не хотелось, а вот прогуляться перед сном не помешало бы.
После душа и тот и другой, не сговариваясь, решили позвонить родителям. Кушнеровы долго не снимали трубку, но наконец ответил племянник Денис, которому весной исполнилось девятнадцать. Учился он в том же институте, как некогда его дядя. Расспросив о родителях, по давней привычке проводивших лето на даче, Артем поинтересовался, что делает в квартире бабушки и дедушки Денис. Выслушав туманный ответ, он передал привет родственникам, девушке, которая, как он подозревал, была где-то неподалеку, и дал отбой.
Набросив на плечи влажное полотенце, Артем вышел на огромную террасу, присел на шезлонг, стал просматривать записанные в памяти телефона номера и решил позвонить дочери.
— Юлька, привет! Что делаешь?.. Читаешь на берегу моря?.. Я? Можно сказать, совсем рядом. Как говорит твоя мама, угадай с трех раз? Нет… Нет… Не угадала, не в Москве. На Ибице… Угу. Вместе с Алексеем… Как это, чем занимаемся? Не такие уж мы и старые, как тебе кажется. Завтра вот на дискотеку идем… Прилетишь?! А мама отпустит?.. Ну, не знаю… Что ты, рад, конечно! Я и сам собирался заглянуть к тебе после отпуска… Хорошо… Только обязательно сообщи номер рейса, я встречу… Целую.
«Попался, — отключив телефон, подумал он. — Теперь вместо того, чтобы самому знакомиться с девушками, придется следить за собственной дочерью. Плохо, что у Алексея нет детей… Места в апартаментах достаточно, но вот как он воспримет приезд Юльки? И как ему объяснить, почему я не смог ей отказать?»"
"Радченко в этот момент стоял на соседнем балконе и, облокотившись на перила, любовался закатом: уставшее за день багровое солнце медленно погружалось в море. Скользнув в последний раз взглядом по яркой верхушке, Алексей перевел его на лежавший на столике телефон и тяжело вздохнул. Минут пять назад он поговорил с матерью: отцу ни хуже, ни лучше. Да чего хотеть, когда человеку за восемьдесят, плюс война за плечами, контузия, два ранения?..
Чувство вины перед родителями усиливалось с каждым прожитым вдалеке от них годом.