Все в его поцелуе

– Он протянул Гарету стакан. – Добро пожаловать в семью!

Гарет взял коньяк. Как легко все обернулось, подумал он! Если бы виконт сейчас извлек откуда-нибудь необходимую для заключения брака лицензию и в кабинете появился викарий, Гарет ничуть не удивился бы.

– Спасибо, лорд Бриджертон, я...

– Вы должны называть меня Энтони. Мы же будем с вами братьями.

– Энтони, – повторил Гарет. – Я просто хотел...

– Это чудесный день, – бормотал Энтони. – Просто чудесный день. У вас есть сестры?

– Нет.

– У меня их четыре. – Он отпил по крайней мере треть стакана. – Четыре! Теперь я их всех сбыл с рук. Наконец-то! – У него был такой вид, что он вот-вот пустится в пляс. – Я свободен.

– У вас ведь есть дочери? – не удержавшись, напомнил Гарет."

"– Всего одна, и ей только три года. У меня впереди еще много лет, прежде чем мне придется снова пройти через это. Если повезет, она примет католичество и станет монахиней.

Гарет поперхнулся коньяком.

– Хороший, не правда ли? Возраст – двадцать четыре года.

– Я уверен, что еще никогда не глотал ничего более древнего.

– А теперь, я уверен, вы хотите обговорить со мной брачный контракт.

На самом деле как раз о нем Гарет и не думал, что было странно для человека не слишком обеспеченного. Он был настолько поражен своим скоропалительным решением жениться на Гиацинте, что ему и в голову не приходили мысли о практической стороне дела.

– Всем известно, что в прошлом году я увеличил ее приданое. Я этого не изменю, хотя надеюсь, что это не главная причина, почему вы приняли решение жениться на Гиацинте.

– Конечно, нет, – вспыхнул Гарет.

– Я так и думал, но полагается спросить.

– Вряд ли кто-либо признается в этом.

– Хочется думать, что я достаточно хорошо умею читать выражение лица человека, чтобы понять, когда он врет.

– Разумеется, – ответил Гарет.

Но виконт, по-видимому, не обиделся.

– Значит, так. Ее приданое... – Энтони вдруг замолчал и покачал головой.

– Милорд?

– Извините, я что-то сегодня не в себе.

– Конечно, – пробормотал Гарет, поскольку это была единственно возможная реакция в данной ситуации.

– Я думал, что этот день никогда не настанет. У нас были предложения, но ни одно из них мне не понравилось. Я уже начал отчаиваться, что никакой приличный мужчина не захочет на ней жениться.

– По-моему, вы недооцениваете свою сестру.

– Вовсе нет. – Энтони улыбнулся. – Но я не слеп и вижу ее... э... необычные качества. – Он встал, и Гарет понял, что виконт пользуется своим ростом для запугивания. Он также понял, что не следует неверно истолковывать ту легкость, с которой виконт согласился выдать за него Гиацинту. Это был опасный человек, или по крайней мере мог быть опасным, когда хотел, и Гарету не стоило об этом забывать.

– Моя сестра Гиацинта – это приз, награда.