Не отвергай босса, опасно!

Если хочу счастливую семью, которой у меня никогда не было, нужно и над собой работать: игра в одни ворот — заведомый провал.

— Юль, ты очаровательно смущаешься, — принял он за смущение мою реакцию. Взяв меня за подбородок, наклонился и оставил на губах невесомый поцелуй. Не отстраняясь, выдохнул мне в губы: — Ты — моя жизнь.

Марат всё утро ласкал меня взглядом, от которого я непроизвольно таяла. Пусть он вначале наших отношений повёл себя неправильно, зато сейчас я купаюсь в его любви и заботе. Сидя в гостиной, я любовалась, как мой мужчина, с хитрецой поглядывая на меня, что-то внимательно изучал в ноутбуке. Насчёт регистрации он договорился час назад, но по взгляду видела — он опять что-то затеял. От размышлений меня отвлёк звонок моего смартфона, пришлось подняться с кресла и направиться к столику возле дивана. Посмотрела — номер незнакомый.

— Кто бы это мог быть? — чуть слышно произнесла я и приняла вызов.

— Воронцова Юля Валерьевна? — услышала в трубке голос незнакомого мужчины.

— Да.

— Вас беспокоит Муравьёв Дмитрий Валентинович, я главный врач клиники пластической хирургии, — он сделал паузу, и моё сердце замерло в предчувствии неприятностей. — Мне очень жаль, но вынужден сообщить вам, что Тамара Сергеевна сегодня утром скончалась от остановки сердца во время операции.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Ноги перестали меня держать, в глазах резко потемнело, и я словно провалилась в бездну. Вернул меня из нее взволнованный голос Марата.

— Юля, очнись милая, — звал он, я с трудом открыла глаза и поняла, что лежу на диване, а Марат, склонившись надо мной, пытается привести в чувство. Увидев, что я пришла в себя, он рвано выдохнул и тут же заключил меня в объятья. — Русалка, как же ты меня напугала! Убью того, кто тебе звонил… — целуя меня в висок, он продолжал сжимать меня.

— Марат, никого убивать не нужно.

— Хорошо, только кости переломаю — нечего мою девочку доводить до обморока. Кто тебе звонил? — отстранился он и внимательно посмотрел в мои глаза.

— Врач. Сказал, что мама умерла, — ответила дрогнувшим голосом и, не сдержавшись, уткнувшись ему в грудь и расплакалась.

Я не знаю, сколько мы так просидели: я плакала, а Марат успокаивал меня, говорил что-то, но я не слышала, а он всё гладил меня по спине, целовал и продолжая говорить. Наконец, я успокоилась.

— Нужно заняться организацией похорон, — произнесла бесцветный голосом.

Чувствовала себя опустошённой, сил не было, хотелось забыться сном. Но я не могла себе позволить расслабиться — никто, кроме меня этого не сделает.

— Не волнуйся, я всё решу, — с этими словами он взял меня на руки и отнёс в спальню.