Не твоя семья (СИ)

— Я надеюсь, что мой старый новый муж понимает, что если он наиграется в отцовство или вдруг Егор не оправдает великих мантуровских ожиданий, с ним не получится развестись, — и прямо на него посмотрела. — Ты в курсе, да?

Глаза напротив грозно сверкнули, сузились до серых щелок, уголок тонких, четко очерченных чувственных губ яростно дернулся. Я слишком хорошо знала этого мужчину, чтобы не ощущать, что гнев поднимал свою буйную голову. Я бешу и раздражаю его. Возможно, вскорости пожалеет, что не развелся со мной второй раз.

— Все сказала, моя новая любимая жена? — взгляд стальной, а голос медом сочился.

— Все.

— Тогда подписывай, — и сам нарочито неспешно поставил царскую подпись.

Я взяла свой экземпляр договора, поднялась— мужчины как по команде за мной.

— Будем на связи, — произнес Дима Небесный. — Алена в конце лета вернется в Москву с детьми. Привози Егора обязательно."

"— Спасибо, — крепко сжала его ладонь двумя руками. Загитову холодно кивнула. Да, он лично передо мной не виноват, но он помогал Тимуру, поэтому никаких дружеских теплых чувств ко всей этой московской элитарной породе у меня не было.

— Ангелина, — на лестнице меня догнал Тимур, — послезавтра вылетаем.

— Мне нужно подготовить Егора, — сухо ответила. Не так просто будет объяснить перемены. Возможно, как отпуск в большом городе…

— Я хочу с ним познакомиться.

— В Москве познакомишься, — спустилась еще на ступеньку, но муж схватил меня за предплечья.

— Я хочу сейчас, — настроен решительно.

— Мы в восемь утра ходим купаться на пляж у холмов. Хочешь, приходи.

Резко высвободила руку и демонстративно грациозно спустилась вниз.

У лифта стояли представительные мужчины, с контрастным загаром и южным темпераментом. Красивых женщин без стеснения глазами пожирали. Я обернулась: думала, Мантуров ушел. Нет, смотрит, взглядом прожигает. Смуглый от природы, с брутальной щетиной на скуластом лице, густые брови хмуро сдвинуты. Одет с иголочки, но без галстука. Красивый мужчина. Даже странно, что не женился за три года. Претенденток, вероятно, было море. Марьяна вон даже родить ему собиралась. Он ведь с ней спал. Все-таки спал… Неужели у этой породистой кобылице не вышло забеременеть? Силы не рассчитала.

Дома мы с мамой думали, как папу обработать относительно моего нового со старыми дырками семейного положения. Он занимался строительством: своя бригада, зарабатывал прилично, руками все мог сделать и починить. Да, рабочая профессия, не элита, но я гордилась отцом — он за семью порвет, не предаст и не обманет!

— Я сама с ним поговорю, — сказала мама, разогревая к его приходу наваристый борщ и нарезая тонкими слайсами охлажденное соленое сало. Задабривала.