Недотрога для тирана (СИ)

— Бородатую шутку знаешь? Про не повод для знакомства?

— Это что? Ты меня поматросила и бросила? — изумляется наконец проснувшийся Юдин.

— В точку. Вставай, ирод! Осталось пятьдесят минут до конца света!

— В смысле «в точку»? — закипает он.

— Миша, не усложняй, — закатываю глаза, хотя мне приятно видеть, как он бесится. — Ты получил, что хотел. Я тоже. Теперь можешь поставить галочку в своем списке и расслабиться.

— Ни хрена, Марин. Я получил не все, — приподнимается он и нависает надо мной так, что на секунду даже трухнула.

— За остальным к своим сотрудникам. В командировке доберешь!

— Ты ревнуешь?

— Нет.

— Да!

— Нет! Все, уходи. Было супер, но продолжать нам ни к чему, — отрезаю я, хотя где-то внутри я понимаю, что была бы не против продолжить.

Но я точно не смогу относиться к Юдину с чисто прикладной целью. Прикладной к кровати. Я уже вляпалась, и допустить усугубления никак нельзя. Предложи он мне быть хотя бы его девушкой… Хоть какая-то перспектива, шансы.

А так.

Любовница.

В этом есть что-то от терпилы.

Как бы, вот твое место, и на большее не рассчитывай. Уверена, он будет трахать других не задумываясь. Я вообще не знаю, есть такое выражение «изменить любовнице»? Терпеть я не смогу, так и начинать нечего. Это токсичные отношения.

Одноразовое приключение еще допустимо. Никто не сделал ничего плохого. Мы оба свободны. И падшей женщиной из-за одной совместной ночи я себя не чувствую, но это не мое.

Не сказать, чтоб я не понимала, зачем люди встречаются только ради секса, но Юдин не тот вариант. Однозначно. Он слишком в моем вкусе. Люблю не в меру наглых.

— Ты думаешь, я отступлю?

— Сорок пять минут, — многозначительно отсчитываю я.

Миша встает с постели, одарив меня взглядом, полным бешенства. А я стараюсь не капать слюной, глядя, как он одевается.

— Сорок, — уже значительно менее уверенно произношу я.

Все-таки шикарный мужик. И со стояком. Сглатываю с трудом, но тут же вспоминаю про огурцы и беру себя в руки."

"Когда Юдин окончательно упаковывается, я поднимаюсь с постели и осознаю, что я все еще в леопардах. Горячий и злой взгляд проходится по мне, вызывая слабость в ногах.

Уже собираюсь проводить гостя, но замечаю, что он оставил неиспользованные презики.

— Забирай.

Прищурившись, Миша усмехается:

— Пусть останутся, вот увидишь, скоро они мне понадобятся здесь.

Глава 37

Закрыв дверь за родителями, я падаю в кресло и разглядываю ведра с огурцами.

Бедуленька.

Четыре ведра злых колючих дачных огурцов. Я уже заранее чешусь.

Когда папа заносит последние два, я взвываю:

— Почему мне? Почему не Паше? Я, что, рыжая, что ли?

Папа смотрит на меня сочувственно, но ведра забирать отказывается.

— Потерпишь, мне еще с ней, — он кивает на маму, — жить в одном доме.